В голове роились мысли. Будто обухом по голове огрели. Черт, опять. Приступ апатии. Как же я это ненавижу. Еще и спросонья. Мерзость.

Любимый напиток кажется горьким, любимые сигареты отвратительными, а любимая девушка — чужой.
Это отвратительное чувство по утрам перед дорогой на работу не приносит вообще ничего хорошего в мою жизнь.
Бармен всегда должен быть веселым, говорите?

Пошли к черту. У меня слишком много проблем, чтобы быть веселым, а у вас слишком мало народу, чтобы меня уволить.
Допив кофе, я начал собираться на работу.
Чертовы коктейли, чертовы посетители, чертовы люди, вечно пытающиеся выставить напоказ очередную новинку перед никчемными, дешевыми обертками девушек.

Отвратительно. Повседневность давит на меня, сжимая в кулак все внутренности, пережевывая и выплевывая каждый долбанный раз, как я просыпаюсь.

***

Через полчаса ненавистной езды на ненавистном метро, я приехал на ненавистную работу.
Ненавистный бар, находящийся, фактически, на отшибе цивилизации, ненавистно накрыл меня смогом дыма дешевых сигарет и понтов.
Как только я вступил на свою позицию — в глаза бросился парень, хмуро сидящий в уголке бара, мерно потягивающий пиво.

Я кивнул сменщице, отпуская ее из этого хаоса.
Симпатичная, но глуповатая. Такая же пустая оболочка. Ничего нового. Та же перемолотая шестеренками повседневности недоличность.

Я оглядывал посетителей с тихой ненавистью, которая отчетливо читалась в моих глазах.
Животные, ей-богу. Да хотя даже они живут, кажется с большей осмысленностью.

Я посмотрел на столик напротив. Дешевые обертки девушек пьют, по их мнению, элитный алкоголь, пытаясь найти себе жеребцов на одну ночь. Почему на одну? Хм, а больше им ничего не светит. Пустые головы, пустые оболочки. Не о чем даже трахаться, не то, что говорить.

Я снова посмотрел на парня в углу бара. Неприметный, тихий, не пытающийся никого впечатлить. Просто сидит, направив взгляд в столешницу. Пустой взгляд на таком живом лице. Даже страшно смотреть. Я передернул плечами, когда мы пересеклись взглядами. Черт, как же не по себе.

Опустошенный взгляд незнакомец перевел на меня, слепо глядя в никуда.
Я пообещал себе не смотреть на него более, но не выходило. Каждую минуту, то и дело, я замечал, что мой взгляд прикован только к этому парню.

Черт. Странно. Гомосексуальных наклонностей я за собой не замечал, но, почему-то, что-то тянуло меня в тот угол.
Нет, нельзя.

Опрокинув рюмку текилы, и, почувствовав, что наваждения больше нет, я продолжил заниматься работой.
Серость, оболочки, безжизненность в каждой улыбке. Ужасно.

— «Куба-Либре», пожалуйста, — Услышал я голос девушки, которая тут же положила на стойку купюру.
— Сейчас будет, — вяло улыбнулся я.
Эффектно подхватил «рокс» за спиной, чуть подкинув, опустил на барную. Просто привычка, всех так удивляет. Лед, ром, кола, лайм. Толкаю стакан, беру купюру, отдаю сдачу.

Следующий! Люблю запары.

В баре заиграла громкая музыка. Девушки встали со своих мест, и, визжа, начали танцевать невпопад.
Смена только начиналась.

***

Смена прошла бурно. Уже 8 утра, но незаметный посетитель все не уходил. До конца смены еще час, скоро я уйду отсюда. Наконец-то.
Бар был пуст и тих. Третий бокал пива за ночь, что выпил незнакомец, уже давно опустел, но он просто сидел, и, не двигаясь, глядел в столешницу.

Я потихоньку начал замывать бар, аккуратно, по-отечески проходя тряпкой по каждой поверхности. Люблю это место. Не было бы тут еще дешевых людей.

— Ненавидишь их? – Я вздрогнул от неожиданности, обернувшись, — Ненавидишь людей?
— Не то слово. Это же просто пустые…
— Оболочки, да-да, я уже сотни раз от тебя это слышал, — устало поднял взгляд он, — А ты не пустой?
— Слышал? – Я недоумевал.
— Пива мне налей, и поговорим по душам. Светлого. Нефильтрованного. И себе налей, — Мужик протянул купюру.

Я взял купюру, на попытку отдать сдачу, он отмахнулся, я налил два бокала, сделав идеальный слой пенки в сантиметр.

Сделав первый глоток, он удовлетворенно кивнул.

— Неплохо. Так что, парень, ты не пустой?
— Нет, ведь я…
— Давай так? Как давно ты делал что-нибудь сумасшедшее? Как давно ты получал дозу адреналина? Сваливал вникуда просто, чтобы насладиться прекрасным закатом, или рассветом? Когда в последний раз ты творил?
— Я бармен, каждый коктейль…
— Каждый коктейль, блять, это заданная рецептура. А ты – пустое место. Псевдо-важная особа, которая только и может осуждать окружающих.
— Да какое право ты вообще… – Во мне начинала вскипать злость.
— Зло-о-о-сть, хорошее чувство. Только не в том случае, когда осознаешь, что не прав. Ты злишься, и сгораешь изнутри от бессилия. Бессилия перед собой же.
Я стиснул зубы и закрыл глаза.
— Покурим? – Предложил я, — В баре никого нет, ничего не случится.
— Ну пойдем, — Он еле заметно улыбнулся.

Я вышел первым. Свежий утренний воздух ударил в голову своей девственной непорочностью. Восходящее солнце ласкало крыши и стены домов, грозясь днем воспалить во всю силу.

Я прикурил, закрывая огонек зажигалки от ветра. Выпуская дым из легких, я закрыл глаза, подставляя лицо утреннему солнцу, и наслаждаясь тишиной.

— Вот теперь ты чуть-чуть начинаешь понимать, что такое красота. Чувствуешь, как в груди что-то колеблется?
Я чувствовал душевный подъем. Хотелось что-то делать. Смеяться. Жить. Эмоции! Классно!
— Это рак. Хе-хе. Шучу. Это эмоции, мой друг. Просто красоту нужно видеть во всем. Знаешь, даже конец света под определенную музыку красив.

Я улыбнулся, оглядывая окрестности.
— Знаешь, — Сказал мужик, — Я дам тебе кое-что, что поможет тебе узнать о людях чуть больше. То, что ты бы никогда не узнал.

Он провел рукой около моих глаз.
Вопреки ожиданиям, ничего не произошло.
— Я вернусь через неделю. Расскажешь.
Я обернулся, но никого уже не было.

В недоумении, я вернулся к закрытию бара. Скоро придет сменщица, надо бы отдать ей его в должном состоянии.
Она вошла через десять минут после того, как я закончил, и уже заварил себе кофе.

Я увидел ее. Я увидел ее прошлое. Я почувствовал её боль. Её эмоции после расставания с очередным кобелем, который использовал её. Я почувствовал её глубочайший внутренний мир. Это была просто целая вселенная.

С открытым ртом я смотрел на неё. Заспанную, без макияжа. Совершенно другим взглядом. Коротко кинув ей: «Привет», я убежал умыть лицо. Херня какая-то. Наваждение. Откинуть. Смыть.
— Какого вообще хера?!
Я посмотрел в зеркало, и увидел там лицо незнакомца. Он одними губами сказал: «Теперь ты видишь».

***

Семь дней. Целых семь дней я переосмысливал вообще все. Видя людскую боль, видя их внутренний мир и прошлое, видя тысячи тысяч судьб в общественном транспорте, я все больше понимал, как же сильно я ошибался. Пустота человека? Она может быть снаружи. Но каждый внутри – целая вселенная. Неизведанная и безграничная. Со своими «туманностями» и «черными дырами», но, черт побери, все так же остающаяся человеком.
Продавщицы, кондукторы, бабки в метро, понурые парни с пустым взглядом. Это не биомусор. Это… Люди… Может быть, и оболочки. Но не пустые оболочки. Как же я ошибался.

***

— Проваливай отсюда, — Тихо сказал я, глядя на свою бывшую возлюбленную. Нет, ну какая тварь. Изменять мне в моей же квартире.
— Ну и пошел к черту! Я никогда тебя не любила!
— Теперь я знаю, — Улыбнулся я. Родители не поймут? К черту всё. Это моя жизнь.

Закрыв за ней дверь, я заварил себе кофе, и все слушал её крики о том, какая же я неблагодарная тварь. Забавно.

Выйдя на балкон, я смотрел на не такой уж и плохой вид из окна. Куда-то улетучилась боязнь высоты, и я просто наслаждался утром выходного дня. Определенно нужно сегодня прогуляться. Прекрасная погода!

***

Я стоял за барной стойкой, и, улыбаясь, делал коктейли. Флейринг забавлял посетителей, а я, смотря на их улыбки, хотел смеяться сам. Куда уж лучше? Я делал себя счастливее, делая счастливее их. Как всё просто, оказывается.

Сегодня был седьмой день с момента прихода того странного мужчины. Я очень хотел увидеть его. Неимоверно ждал окончания смены, чтобы поговорить. Было о чем его расспросить и рассказать ему. И поблагодарить, конечно же.

Смена шла легко и непринужденно. Чаевые сыпались рекой, довольные посетители обещали зайти еще, и я, улыбаясь, принимал похвалы и благодарности. Некоторые, пришедшие в одиночестве, благодаря паре хитростей, уходили уже в обществе пары противоположного пола, о чем-то воркуя. А я смотрел на всё и улыбался.

***

— Ну что, друг мой? Ты понял? – Выпуская дым из легких, я стоял с кружкой кофе на улице, наблюдая за рассветом.
— Понял. И это… Спасибо.
— Ты ошибался, верно?
— Верно. Очень.
— Значит, теперь ты готов жить по-другому? – С интересом посмотрел на меня человек в неизменном капюшоне.
— Я уже не смогу иначе.
Человек улыбнулся. Он снова провел рукой перед глазами.
— Привет, — Услышал я милый голосок.
Обернувшись, я увидел сменщицу. Все такая же красивая. Но я уже не вижу глубины ее души. Но я же знаю о ней.

«Она любит тебя. И уже давно. Идиот.» — Услышал я в голове.
— Здравствуй, — улыбнулся я, — Может, сходим куда-нибудь вечером, у нас же у обоих выходной, верно?
— Верно, — улыбнулась она робко, — Ну… Хорошо, давай.
Она вошла в бар, а я остался стоять с тем человеком в капюшоне.
— А ты можешь показать больше? – Попросил я.
Вопрос остался без ответа. Оглядевшись, я не нашел недавнего собеседника рядом. Он просто исчез. Растворился.
Может быть, тем лучше. Я сделал последнюю затяжку, выбрасывая окурок в урну. Поглядев на солнце, я улыбнулся. Теперь-то все будет по-другому. Это уж точно.

Понравилось? Поделитесь с друзьями!

Powered by Facebook Comments