Друг в начале восьмидесятых лежал в больнице с переломом ноги.
Скучно не было. Народ в палате подобрался с чувством юмора; можно сказать — душевный.
Каждая травма, достойна была отдельного рассказа, смешного и поучительного, с претензией на Дарвиновскую премию.
Только один изрядно поломанный парнишка упорно отмалчивался.
И так, и этак раскручивали — молчит.
Но — вода камень точит — раскололся парень!
Оказался он курсантом летного училища, их на практику посылали опылять с кукурузников поля Родины. Летали по двое, а как освоились и запарка началась — по одному.
Далее — от лица пилота:
«Взлетел я очередной раз, набрал высоту, и тут спохватился — забыл удовлетворить на земле малую нужду. Приспичило, в общем.
Для таких случаев летуны используют гигиенические пакеты, кои потом выкидывают за борт. Хвать — как на грех, ни одного пакета!
А уже припирает. Открыл дверь в салон — лежит стопочка в самом хвосте!
Автопилота в АН-2 нет. Ладно, думаю, если быстро до хвоста и назад пробегу — ничего произойти вроде бы не может? Не учел, однако, что самолетик-то легкий.
Когда я до хвоста добежал — центровка нарушилась, нос задрался, дверь в салон-то и захлопнулась.
А открыть ее снаружи без специального ключа невозможно…
Вот такой натюрморт: «Я в салоне «Летучего голландца» с пачкой гигиенических пакетов»… »
Отсмеявшись, сквозь слезы его спросили: — Ты хоть пописать-то успел? — А как же! И не только пописать!!! …