Даша вышла замуж сразу после школы по огромной любви. Выскочила – так точнее.
— Это влюбленность. – сказала мать. – Гормоны. Утихнут – разочаруешься. Слава совершенно не твой человек.
— Мама, ты что?! Знаешь, как я его люблю! И потом, почему это не мой? Он внимательный, заботливый. Положительный. Выходила бы я за хулигана какого-нибудь – тогда понятно. Но Славка замечательный! – Даша была так счастлива.
Она не злилась на маму. Она просто хотела, чтобы та поняла. А так… Даше в тот момент хотелось обнять весь мир – вот как она была счастлива.
— Замечательный. – кивнула Лариса. – Но не твой.
Конечно, многие выскакивают замуж по молодости, по глупости. Кому-то даже удается сохранить такой скороспелый брак. Но тут… мама Даши чувствовала, что дети совершают ошибку. И это бы ладно – можно потом развестись. Но ведь ошибки бывают необратимыми.
Лариса не просто так говорила. Она и сама вырастила Дашу без отца. Так же выскочила замуж в юности, толком не присмотревшись к человеку, не обдумав всё как следует. Даша родилась, а через год разбежались. Виктор уехал на заработки, да там и остался. На севере.
Поначалу Лариса даже получала от него какие-то алименты. Большие. Северные! Потом алименты становились всё меньше. В конце концов, от Вити перестали приходить весточки. Лариса бы пошла к его родителям, спросить, куда пропал отец её единственной дочери, но мать Виктора была так на неё зла… почему-то винила в том, что сыночек подался «на севера», что она не стала рисковать.
На алименты Лариса тоже подавать не стала. Городок у них небольшой – подашь, толку будет мало. А разговоров много – что-то же надо обсуждать.
И вот, теперь всё повторяется… Даша тоже, не подумав, как следует, выходит замуж. Почему же так-то? Видимо, придется Ларисе её поддерживать, помогать. Как помогали ей родители, когда она осталась с маленькой дочкой на руках. Лариса подумала, что если бы нужда её тогда прижала, может она и в суд бы побежала, на алименты подавать. А так, жили в своём доме в частном секторе. Мать вела небольшое хозяйство – огород, куры. Отец всю жизнь был заядлым рыбаком и охотником, что тоже здорово облегчало жизнь. А потом, когда Даша подросла, Лариса устроилась на хорошую работу. Квартиру получила в другом районе. Хорошо, конечно, с родителями, но на свободе и независимой ещё лучше.
Лариса не хотела читать Даше лекции – от своей матери наслушалась достаточно. Не хотела вести себя так же, но совсем промолчать не могла. Вот только кто бы её послушал? Дарья выскочила замуж за своего Вячеслава. И переехала жить к нему, точнее, в дом его родителей.
Явилась к матери с кислым лицом она уже через пару недель после свадьбы.
— Чего? – усмехнулась Лариса.
— Да тётя Валя эта… не так сидишь, не так свистишь. Не туда кастрюлю поставила. – речь шла о Дашиной свекрови, матери Славы.
— А что ты хотела, милая моя? Это – семейная жизнь.
— Да… как-то я её себе иначе представляла.
— Что? Славик не заступается за тебя?
— Почему? Заступается… — вяло сказала Даша. -Мам, может мы у тебя поживем?
— Отлично! У нас же тут так много места. А я говорила… — Лариса подумала. – Слушай, найдите себе квартиру, а мы со сватами скинемся, и снимем вам её. Такой вариант самый оптимальный, чем в двушке толпой ютиться. Ну, или к деду с бабушкой можете переехать.
— Ой, нет! А тётя Валя согласится квартиру оплачивать?
— Вы-то сами что думаете? Работать собираетесь? Про учебу уж я молчу…
Даша со своей любовью учебу совсем забросила. Лариса не слишком расстраивалась, потому что никаких выдающихся способностей у Даши не было. Академиком ей точно не быть, а продавцом в магазин можно и без образования устроиться.
Квартиру молодым сняли. Славу отец пристроил в СТО, единственное в городе. Автомеханик – хорошая, нужна профессия. Даша пока не работала – искала себя. У неё была масса каких-то идей, не слишком пригодных для того времени. Правда, совсем скоро СССР развалился, дала трещину и Дашина семья. Независимо от страны. Быт, нужда, рутина – ко всему этому Даша со Славой оказались не готовы. В коротком браке родилась дочка, назвали Анжеликой.
— Это чего ты такого начиталась, чтобы ребенка так назвать? – не слишком добро спросила Лариса.
— Мама, это моя дочь! Называю, как хочу!
Господи, самостоятельности ноль… а гонору-то.
— Да? А я думала, ваша.
Слава дочку любил. Но дома были постоянные скандалы. Так вот приходишь с работы, чтобы отдохнуть, а там младенец пищит, и жена рыдает, как она устала. Ночей не спать и по дому всё делать. Между тем, по дому-то ничего и не сделано. И разгорается скандал, потому что Слава тоже не нанимался, на работе ишачить, так ещё и дома потом. Вот и орут все: Даша, Слава. И Анжелика ещё сильнее голосит.
— Забрать её у вас, что ли… — задумчиво сказала Валентина, мать Славы. – Угробите девку…
Тут Даша не выдержала. Собрав нехитрые пожитки, она посадила дочку в коляску, и пошла сдаваться матери.
— Не могу. Ты была права. Я совершила ошибку. Прости. Не могу. Не справляюсь… можно, я домой вернусь. К тебе.
— А тут что? Лучше справляться будешь?
Даша подняла на мать заплаканные глаза. Лариса подавила раздражение. Ладно, она ведь понимала, что этим всё и кончится. Что всё свалится на её плечи. Что уж тут поделать? Видимо, это цикл какой-то. Порочный круг, который не разорвать. Это же она его начала, когда не ужилась с мужем. Её родители тогда не бросили. Как она бросит свою единственную дочь?
Ошибку Даша совершила, видите ли… ошибка-не ошибка, а девка-то вон какая хорошая. Глазки синие, умные. Носик курносый.
Росла Анжелика, умница и красавица. Она давно перестала реветь днями и ночами, и была нарасхват. Этакий ангелочек с белыми кудрями и синими глазами. То у Ларисы с Дашей поживет, потом Валентина с мужем Глебом заберут к себе на недельку. Слава женился второй раз, и тоже всё норовил утянуть дочку к себе хоть на несколько дней. Даша злилась.
— Когда вместе жили – не знал, куда сбежать от неё.
— Так она тогда младенцем была! Это трудно. – защищала Славу Лариса. – А теперь вон раскрасавица и умница какая. И не капризная!
— Мам… я тут подумала… я в столицу хочу. Чего я тут сижу, в захолустье нашем?
— А в столице тебя кто ждет?
— Ну… там перспективы. Деньги все там. А что толку, вы тут работаете? Зарплату не платят годами!
— Во-первых, не годами. Во-вторых, с голоду никто не умирает – с бабушкиного огорода вон картошку уминаешь с огурцами, как миленькая. А в-третьих, к слову о деньгах: на что ты собралась ехать в свою столицу. И с кем Лика останется?
Могла бы и не спрашивать. Лариса просто надеялась, что это как-то остановит Дашу. Понятно, что никто не даст ей ребенка тащить в какую-то столицу, но может одумается, не захочет с дочкой расставаться?
Даша хотела лучшей жизни.
— Я потом заберу Анжелику, когда устроюсь.
А Лариса просто с грустью думала о том, как сейчас половина города, та, в которой их знают, начнет радостно обсуждать, как Даша умотала в поисках лучшей жизни, а дочку бросила. Только развод обсудили: как, мол, можно уйти от работящего, да непьющего, в здравом уме.
Потом обсудит и вторая половина города, та, где дом у бабушки с дедом. Вот Анжелике-то весело будет. Все начнут её жалеть. Бедная сиротинушка при живых родителях.
— Может, ты всё-таки подумаешь? Столица, говорят, и не таких пережёвывала. А потом выплевывала. Ну кому ты там нужна?!
Даша всё-таки уехала. Собрали ей денег на дорогу. Перед отъездом она долго обнимала Лику и рыдала. Лариса уж думала, останется. Не выдержит сердце материнское. Да и страшно было отпускать Дашу неизвестно куда.
Конечно, у всех имеется какие-нибудь дальние родственники в столице. И у Ларисы имелась тетка – мать напомнила, спасибо ей. Лариса дозвонилась и узнала, что троюродная тётя Зина живет за городом.
— Ну, если .опу в электричках проморозить не боится, так приму на месяцок. – вздохнула она в трубку. – И чем им тут всем намазано?
В столице Даше повезло. Она, по подсказке Зинаиды, устроилась секретарем в жилконтору. Работы хватало. Но зато впереди маячило совсем уж невероятное… столичная квартира. Своя! Собственная. Пусть через пять лет, но своя.
Вставала девушка в пять утра, чтобы вовремя приехать на работу. Зинаида Дашу не выгоняла – её сын давно женился и откололся, мать вниманием не баловал. А тут живая душа, всё веселее. А Даша была так благодарна за хороший совет… так признательна…
Первое время Даша очень скучала по маме и дочке. Но работа, и долгая дорога туда и обратно каждый день, сделали своё дело. Скучала Даша всё меньше, а к столице привыкала всё больше. Поначалу Даша с непривычки так уставала, что ехала сразу к тетке. А потом стала вечерами гулять по городу.
В их жилконторе работал молодой интеллигентный сантехник. Непьющий. Михаил.
— Чего он тут забыл? – спросила Даша у Вероники Семеновны, начальницы отдела тех. эксплуатации. – Это же совсем не его.
— Ой… там такая история. Шекспир просто! Его мать овдовела, и вышла замуж за какого-то проходимца. Сама порядочная, преподаватель в универе, и вот… и на старуху бывает, как говорится. Ну, Мишка из дому ушёл, и устроился к нам. Знаешь, как его любят жильцы! Он же не пьет, во всем тщательно разбирается. Какой-то мудрёный факультет закончил.
— А почему к нам-то?
— Протест! Ну, квартиру опять же получит. От матери выписался. Из принципа.
— Выписался из квартиры?! – Даша ушам своим не поверила.
Дурак какой-то! С другой стороны, умный. И симпатичный.
— Ты, кстати, долго будешь мотаться по утрам из своей деревни? Ну, пока не подошла очередь на квартиру, но жить-то есть где!
Даша уже работала почти два года. Уже была своей. Можно и выделить ей жилье из резерва, чтобы не моталась девка туда-сюда.
Она стала высыпаться, живя рядом с работой. К Зинаиде иногда ездила в гости по выходным. Сначала одна, а потом и с Мишей. Всё-таки они сблизились. Даша понимала, конечно, что она по сравнению с Михаилом – дурочка. Куда ей до него?! Но парень не кичился тем, что умней и образованней. Наоборот, всё терпеливо объяснял, рассказывал. Тем, что столичный, он тоже не гордился. Не зазнавался. Даше было с ним так легко, хорошо, спокойно. Она вспоминала свою сумасшедшую любовь к Славе – совершенно другое дело. Вспыхнуло, и перегорело. А с Мишей словно плывёшь по тихой реке, и кажется, что так будет вечно. Может именно это и есть любовь?
К Дашиной маме, Ларисе, вдруг, спустя почти двадцать пять лет, заявился бывший муж, Витя. С севера вернулся. Худой, выгоревший какой-то. Совершенно чужой мужик.
— А это что за принцесса? – обалдел он, увидев Лику.
— Внучка твоя. – фыркнула Лариса. – А ты какими ветрами?
— Вот… соскучился по родине. – он сделал почти театральную паузу. – По тебе…
— Чего?! – обалдело спросила Лариса.
Анжелика, распахнув глаза, смотрела на них. Лариса вытерла руки – мыла посуду, отвела Лику в комнату, и строго-настрого велела сидеть там.
Вышла к Виктору:
— Вить, шёл бы ты отсюда… жизнь прошла. Соскучился он, ага.
— Ты же так и не вышла замуж. Явно меня ждала.
Лариса не выдержала и расхохоталась. Так обидно и прямо ему в лицо. Витя стушевался и ушел. Когда Лариса просмеялась, его уж и след простыл. Вот же мужики! Какая самонадеянность. Да она не вышла замуж, потому что обожглась хорошенько первый раз. Плюс, растила девочку, и не думала, что отчим – хорошая идея в данном случае. Вдруг бы не повезло. Не вышла и не вышла, хоть и было за кого. Чего уж теперь говорить?
Пришла Лика. Посмотрела на Ларису и спросила:
— Это муж твой? Мне не понравился.
— Слава Богу, уже давно нет! – Лариса вытерла слезы, набежавшие от смеха. – Мне и самой он не нравится.
А потом пришло горе. Лариса похоронила родителей. Как-то быстро, один за другим, они ушли из жизни. Сначала отец приехал с рыбалки и сказал:
— Что-то мне нехорошо…
И упал, не успев разуться.
Мать Ларисы всё пересказывала и пересказывала всем этот кошмар. А через неделю её не стало. Ушла во сне, следом за своим любимым. Лариса была так благодарна родителям Славы, Вале и Глебу, что они помогли и с Анжеликой, и с похоронами, и с поминками. Она пыталась дозвониться до дочери, но почему-то не смогла. Зина сказала, что Даша теперь живет в столице, и дала номер. Но там никто не ответил. А на работе сказали, что Дарья в отпуске. Лариса только рукой махнула – ей некогда было выяснять, где именно отдыхает Даша, и дозваниваться куда-то еще.
После похорон Лариса призадумалась, что делать с домом. Можно переехать туда, а квартиру сдать.
— Лика, хочешь, будем жить в бабулином доме? – спросила она у девочки.
Анжелике было уже шесть лет. Она хорошенько подумала и сказала:
— Можно. Как тебе будет лучше, бабушка.
Лариса обняла внучку и зарыдала. Все-таки тяжело разом потерять обоих родителей. И Дашка, зараза такая, живет своей столичной жизнью, носа не кажет уже два года. Одна отрада – это девчушка. Но ведь Ларисе бы сейчас поддержка не помешала, а от кого её получить? Спасибо хоть сваты бывшие помогли – не бросили.
Поэтому, когда Даша заявилась спустя полгода, с женихом, Лариса была на неё всё ещё очень зла. Хотя, парень, которого привезла дочь, ей сразу понравился.
Посидели за столом, познакомились, поговорили. Лика была у Вали. Лариса специально её отправила туда – хотела сначала посмотреть, что за кавалера привезет дочка. Миша был умным, спокойным. Явно положительным. Порядочным. Работа, конечно, у него была своеобразная – разве на такой работают после университета? Ну, да ему виднее…
— Мам, мы, наверное, Анжелику заберем. Ей же в школу осень…
Лариса не дала дочери даже слово договорить – взвилась.
— А кто это тебе её отдаст?! Смотри, какая деловая она приехала из столицы своей. Лику она заберет! А я-то с кем останусь? У меня нет никого, кроме неё! А ты даже бабку с дедом хоронить не приехала!
— Да я же не знала, мама!
— Анжелику не отдам! – отрезала Лариса.
— Я её мать! Ты права не имеешь!
— Раньше надо было думать…
— Так её поэтому тут нет? Ты просто решила отнять у меня Лику?!
— Девочки, не ссорьтесь. – сказал Миша таким спокойным тоном, что они разом замолчали.
Удивительно просто. Он не кричал, не стучал по столу, а все тут же смолкли. Может, потому что на фоне его спокойного негромкого голоса стыдно было кричать.
— Дом у вас хороший какой, Лариса Матвеевна. От родителей остался? Вы простите нас, мы просто не знали. Мы бы приехали, конечно, приехали бы.
Лариса вспомнила свою боль от потери и разрыдалась. Даша кинулась обнимать и утешать. Миша чуть заметно улыбнулся: на это и был расчет.
Женщины поплакали. Потом Лариса пошла показывать Мише дом – он, кстати, тут же починил кран в кухне.
— А мужская рука-то тут нужна, Лариса Матвеевна.
— Нужна, Миша… казалось бы, только полгода, как папы не стало, а уже всё начинает сыпаться.
— Я бы жил тут. – мечтательно сказал Михаил. – Ей Богу, мне тут у вас нравится. Гораздо больше, чем в городе.
Валентина привезла Анжелику. Даша рыдала, обнимала её, целовала, просила прощения. Лика погладила её по голове:
— Мама, ты чего плачешь? У нас всё хорошо. А ты насовсем приехала?
И девочка, поверх Дашиного плеча, посмотрела на Мишу с любопытством.
Он ответил за Дашу:
— Пока ещё не насовсем. У нас в городе дела, а потом мы, возможно, приедем насовсем. Я бы хоть сейчас остался, но твоя мама мне не позволит.
Тут всем стало смешно от Мишиных намеков на Дашину корысть. И стремление к хорошей жизни. Даже Даше стало смешно, она не была лишена самоиронии.
Анжелику они не увезли – им в столице надо было работать. А за ребенком нужен присмотр, и лучше двух бабушек, одного деда и родного отца, вряд ли кто присмотрит. Лариса с Ликой проводили их на поезд и долго махали вслед. Даша плакала, сидя в вагоне, придавшись носом к стеклу. Её мама и дочка давно скрылись из виду, а она всё так и сидела.
— Честное слово, я бы там жил. – осторожно сказал Миша. – Место такое тихое. И дом какой прекрасный. Дочка у тебя чудо, и мама замечательная.
Последние слова он сказал с грустью. Со своей мамой Миша так и не нашел общий язык.
Даша пересела к нему. Он обнял её. Она уткнулась лбом Мише в плечо:
— Посмотрим. Может и правда вернемся. Знаешь, я вдруг сегодня поняла, что неважно, где ты живешь. Главное, кто рядом с тобой…