Мало кто знал, что этот громадный, феерически смешной и очень любимый зрителями артист – библиофил, тонкий знаток японской поэзии, завсегдатай всех букинистических магазинов, которые попадались на его пути.
Очень скромный, очень добрый, очень ранимый. Обожающий детей, которых y него не было. Ha любых съемках его окружала толпа из местных ребят, для которых он c упоением вырезал из дерева игрушки. Делал это мастерски, как и все, чем он любил заниматься.
Нежный сын, выхаживающий свою старенькую мать. Когда-то она также вытянула его после тяжелейшей контузии, полученной почти накануне победы, уже в Германии, до которой он дошел вместе со своим минометным полком.
Хотя долгое время даже его коллеги по цеху, тоже прошедшие войну, не знали, о том, что Смирнов воевал. Много было достойных наград на груди Алексея Макаровича, но, видимо, внутри этого актера достоинства было еще больше – как настоящий фронтовик, о войне он говорить не любил, вспоминал редко, ордена не носил.
Надел их лишь однажды в 1970-м, на юбилей Победы. Ордена Славы II и III степени, орден Красной Звезды, медали «За отвагу» и «За боевые заслуги»… Одиннадцать наград.
Доброволец, разведчик, командир огневого взвода 3-й артиллерийской батареи 169-го Краснознаменного минометного полка 3-й артиллерийской Житомирской Краснознаменной ордена Ленина дивизии прорыва РГК. Ас рукопашного боя.
До конца жизни он прожил с мамой в одной комнате ленинградской коммуналки. Никогда ничего не просил, ни на что не жаловался.
Конечно, как и любой комедийный актер, мечтал о драматической роли. Сыграл ее только однажды – в фильме своего друга Леонида Быкова «В бой идут одни старики». Друга, смерть которого он не пережил: вскоре после автокатастрофы, в которой погиб Леонид Быков, не стало и Смирнова – он умер от разрыва сердца.
Станислав Юрьевич Садальский об Алексее Макаровиче Смирнове.
