Не хотел Саня на рыбалку ехать. Очень не хотел. Как чувствовал. Но друзья всю неделю уговаривали — по телефону, по душам и по загривку.
Друзей понять можно — они машину искали. А у Сани машина была. На пятый день Саня понял, что ехать придется. Жене сказал, что едет к маме, любовнице — как ни странно, то же самое. Обеим обещал вернуться к вечеру.
Галдящая орава Саниных друзей достала водку и начала рыбачить еще в машине, в шесть утра. На полпути снасти закончились, и пришлось останавливаться, чтобы купить еще. После прибытия на место рыбалка продолжилась, и спустя часа три-четыре Саня, как самый трезвый, был командирован за новой порцией наживки. И закуски. К вечеру друзья висли на Сане и уговаривали: — Ну, давай, выпей с нами. Вот мы тебе налили, вот тебе килечка. Оставайся!
Саня с полным до краев стаканом в руке лишь мотал головой — не буду, мол. Ему предстояло развести всех по домам, и оставаться на ночь не хотелось. — Ну, ладно, — сжалились друзья, — Дуй домой. Мы останемся. Сами завтра доберемся. Пойдем, до машины проводим. Саня вышел на полянку… и обомлел.
Его родная «четвера» стояла на бревнышках. Колес у машины не было.
Сняли. Вот же, блин, съездил к маме! Что делать? Как отмазываться?!
Друзья тоже притихли и топтались вокруг горемыки. Потом один из них робко тронул за плечо: — Ну, чего, Сань… Завтра утром что-нибудь придумаем. На вот, хлебни для успокоения.
Саня молча съел стакан водки в три глотка. И тут друг повернулся куда-то в сторону леса и заорал: — Народ! Все, он выпил!
Из кустов выкатились четыре Саниных колеса.
