Вечер тянулся лениво и однообразно. На кухне пахло обжаренным луком и морковью, на плите булькала кастрюля с супом. За стенкой ссорились и смеялись близнецы, утопая в своих детских играх. Казалось бы, обычный семейный вечер — но в воздухе уже висело напряжение, как перед грозой.
Артём зашёл на кухню, усталый после работы, и сразу бросил взгляд на стол. Его раздражённый голос нарушил хрупкое спокойствие:
— Где чипсы? Я же говорил купить!
— Говорил. Но у нас нет лишних денег.
— Как нет? Я только вчера перевёл тебе!
— Да. Только я работу бросила, — произнесла Ирина, сжав зубы.
Она продолжала мешать зажарку для супа, не поворачиваясь к мужу. В коридоре носились близнецы, громко топая босыми пятками. А у Артёма глаза чуть не вылезли из орбит от услышанного.
— Бросила? Это как?.. — переспросил он, ошеломлённый.
— Как обычно. — Ирина криво усмехнулась и впервые посмотрела прямо на него. — Это не женская обязанность — вкалывать. Мужчина должен содержать семью.
Артём растерянно отступил назад. Лицо его было смесью шока и ярости. Он открыл рот, захлебнувшись воздухом, будто рыба, но так и не нашёл слов.
И это было справедливо — ведь прилетело ему зеркально.
…Когда они только познакомились, всё было красиво и легко. Ирина каждый день делала себе причёски, у неё стояла коллекция духов, шкаф ломился от нарядов.
Артём тоже выглядел привлекательно и пользовался вниманием девушек. Но мужчине проще: раз в месяц сходил в барбершоп, натянул чистые носки — и уже красавец.
С годами он почти не изменился: разве что живот появился, да носков белых в гардеробе не осталось. Но для мужчины — и так сойдёт. А вот у Ирины всё было куда тяжелее.
…
После свадьбы Артём уверял, что теперь он чувствует ответственность за семью. Но обещания быстро растаяли. Когда родились близнецы, Ирина перестала существовать как самостоятельная личность — она стала только матерью и хозяйкой.
Артём помогал первые месяцы. Но «помогать» означало максимум подать распашонку или десять минут подержать ребёнка. Подгузники менять он отказывался: «не мужское это дело».
Потом и этой «помощи» не осталось.
— Ты что, не можешь помыться ночью, когда они спят? — возмутился он, когда Ирина попросила присмотреть за детьми.
— Ночью я буду развешивать стирку и готовить тебе завтрак. А ещё я хочу хоть полчаса тишины перед сном, — ответила она.
— Так ведь тебя никто не трогает. Ты же дома сидишь, тебе легко.
…
Годы прошли. Ирина устроилась на работу, но по факту у неё стало три смены: дети, дом и работа. Артём же привык отдыхать на диване.
Кульминация случилась, когда коллега мужа проговорилась про новогодний корпоратив. Ирина впервые слышала о нём. А вечером муж, не выдержав прямого вопроса, бросил:
— Посмотри на себя. Мне стыдно показываться с тобой среди людей.
Это слово — «стыдно» — что-то сломало внутри неё.
…
После очередной ссоры Артём заявил:
— Да мне проще одному жить!
— А мне тоже было бы проще одной, — спокойно ответила Ирина. — Хочешь рядом богиню — соответствуй.
— Я на развод подам!
— Подай. Квартира моя, алименты будешь платить на двоих.
Артём сник.
С тех пор Ирина полюбила прежде всего себя и детей. Артём никуда не ушёл, но иллюзий у неё больше не осталось. Она снова стала ухоженной, уверенной — только теперь уже не для него, а для себя.