— Марина, милая, это же просто восторг! — Татьяна Сергеевна влетела на кухню с полотенцем, намотанным на голову, словно чалма. — Подружки сейчас заглянут. Я им пообещала продемонстрировать вашу ванную с джакузи! Ты ведь не возражаешь?
Я буквально остолбенела. Свекровь распоряжалась в моей собственной квартире! Более того — на ней был мой любимый шелковый халат, который я надеваю исключительно по особым случаям.
Разумеется, я была категорически против гостей в субботнее утро. Против того, что свекровь плескается в моей ванной. Но меня никто заранее не предупреждал и не советовался. Меня просто ставили перед фактом — для галочки. А иногда и без нее. Мое мнение вообще никого не волновало.
— Татьяна Сергеевна, — наконец произнесла я, — мы с Игорем дома. Это наш выходной. Какие гости? Еще утро. Игорь спит. Я даже не одета. Мы не готовы никого принимать.
— Да брось ты! — свекровь уже вынимала из серванта «праздничные» фарфоровые чашки, подаренные мне бабушкой. — Что там принимать? Вы тихонько посидите в комнате. Девочки чайку попьют, ванну глянут — и все. К вам даже заходить не станут! Мы быстренько и уйдем. Просто им так интересно посмотреть, как вы тут все устроили!
Так продолжалось уже три месяца. А началось все после того, как мы с Игорем завершили ремонт в нашей новостройке.
Два года мы продумывали каждую мелочь: плитку, ламинат, обои, потолки, освещение. Я вечерами перелистывала журналы по интерьеру. Игорь изучил напольные покрытия так, будто собирался работать в строительном гипермаркете. В голове у меня уже была четкая картинка нашей будущей квартиры. Меня можно было разбудить ночью и спросить, где что стоит — я бы ответила без запинки.
Мы откладывали деньги на ремонт, но нужной суммы все не хватало. Это меня сильно расстраивало.
И вдруг Игорь предложил:
— Мама может одолжить нам пятьсот тысяч.
Я тогда так обрадовалась. Наивная… Я даже не предполагала, какой ценой придется расплачиваться за этот «займ».
Мы сделали квартиру мечты — светлую, минималистичную, с системой «умный дом» и теплыми полами повсюду, даже на балконе. Сначала Татьяна Сергеевна просто восхищалась. Приходила, ахала над каждой деталью.
— Ой, а это что за прелесть?
— А как оно включается?
— А сколько такое стоит?
Я терпеливо показывала, объясняла, даже немного гордилась — все-таки одобрение свекрови. Я не возражала против ее редких визитов. Считала, что она имеет право. Если бы не ее помощь, неизвестно, сколько бы мы еще копили.
Но визиты стали регулярными. А потом начались настоящие «показы».
— Игорь, — пыталась я поговорить с мужем после третьего такого случая, — твоя мама водит подруг по квартире, когда нас нет дома.
— Да какая разница? — отмахивался он. — Она же без злого умысла. Просто гордится и хвастается ремонтом. В конце концов, она тоже к нему причастна.
— Ты меня вообще слышишь? — возмутилась я. — Я вчера нашла следы помады на моем любимом бокале! На том, что ты подарил мне на День всех влюбленных!
— Марин, не преувеличивай, — говорил Игорь. — Мама аккуратная. Может, это твоя помада? Забыла помыть.
А через неделю я застыла, увидев гору грязной посуды на кухне. Одна я столько не использовала бы. Это явно были последствия очередных визитов.
А на нашем дубовом обеденном столе, за который мы полгода выплачивали кредит, остались круги от горячего. Я чуть не расплакалась.
Я сразу позвонила свекрови.
— Татьяна Сергеевна, давайте договоримся. Хотя бы предупреждайте, когда собираетесь прийти.
— Маринушка, ну что ты как чужая? — ничуть не смутившись, ответила она. — Мы же семья! И ты не забыла, что именно я дала вам деньги на ремонт? Кстати, завтра хочу привести Ниночку из литературного клуба. Хотя зачем я тебе это говорю — вы же на работе будете?
Кульминация случилась в следующий четверг. Я ушла с работы пораньше, чтобы испечь маме ее любимый «Наполеон». У нее на следующий день был день рождения.
Четыре часа я возилась с тестом, кремом, коржами. Поставила торт в холодильник пропитываться и поехала к маме обсудить праздник.
Вернулась через три часа. На кухне сидела свекровь и три ее подруги. От торта осталась четверть.
— Ой, Маринушка, мы подумали, что ты для нас готовила! — заявила Татьяна Сергеевна. — Такой вкусный! Девочки в восторге!
— Это был торт для моей мамы, — я говорила медленно, боясь сорваться. — На ее день рождения. Что мне теперь ей нести? Остатки?
— Да тут же много осталось, — невинно заметила свекровь. — Хватит твоей маме.
— Вы сейчас серьезно?
— Ну не хочешь — испеки новый, — спокойно продолжила она. — Ты молодая, сил много. А мы уже не девочки, нам такие радости редко достаются. Могла бы и меня уважить. Я тебе не посторонняя.
В тот вечер я впервые за пять лет брака устроила Игорю скандал.
— Либо ты разговариваешь с матерью, либо я меняю замки, — поставила я ультиматум.
— Марина, ты перегибаешь, — ответил он. — Это же мама!
— Перегибаю? — взорвалась я. — Она съела торт для моей мамы! Устраивает экскурсии по нашей квартире! Я нашла ее вещи в спальне — она там сушила белье!
— Не может быть, — не поверил он.
— Может. И соседке она тоже предлагала показать нашу квартиру.
На следующий день я вызвала мастера и сменила замки. Вечером позвонила свекрови.
— Татьяна Сергеевна, я поменяла замки. Теперь вы приходите только по приглашению.
— Ты с ума сошла?! — вспыхнула она. — Я мать Игоря! Это и мой дом! Я вложилась деньгами!
— Нет, — спокойно ответила я. — Это наш с Игорем дом. Деньги были в долг, а не в обмен на право собственности. Мы хозяева.
— Одну секунду, — холодно сказала она. — Здесь главная я, а вы всего лишь числитесь. И я имею полное право сюда переехать.
— Мы не уживемся, — вздохнула я. — Две хозяйки на одной кухне — всегда беда.
— Тогда давайте поменяемся квартирами! — тут же предложила она. — Вам моя однушка, а мне ваша трешка. Я ее покупала еще на этапе котлована, между прочим…
Я была в шоке.
Вечером я потребовала от мужа определиться.
— Игорь, либо ты со мной, либо с мамой. По-другому не бывает.
— Она же моя мать… — пробормотал он. — И квартира правда ее.
— Тогда решай.
Он не решил. Предпочел «нейтралитет». А свекровь начала готовиться к переезду. Через неделю я подала на развод.
Сейчас у меня небольшая студия в новом районе — в ипотеку, без роскоши, но уютная. И главное — она только моя.
Игорь живет с матерью в просторной трехкомнатной квартире с ремонтом. Иногда пишет, что скучает. Я не отвечаю.