Август клонился к завершению, но духота не спадала. В квартире Валентины Сергеевны стоял тяжелый, гнетущий воздух.
Она замерла у окна, наблюдая за раскалённым двором, и размышляла о том, что уже через неделю внучке Лизе предстоит идти в первый класс.
За стеной негромко бренчал на гитаре ее сын — Андрей. Он вернулся домой три недели назад: осунувшийся, сильно загорелый, с потухшим взглядом и новыми складками у губ, которых раньше не было.
Он снова устроился инженером в свой прежний проектный отдел. Его приняли без лишних вопросов.
Валентина Сергеевна тяжело выдохнула и направилась на кухню включить чайник. Мысли, как заевшая пластинка, снова и снова возвращали ее к прошлой осени.
Тогда квартира была полной: Андрей, его жена Марина и маленькая Лиза. Но невестку словно подменили.
Марина без конца твердила о юге, море, солнце и о том, что они «гниют» в этом унылом городе.
— Мам, ты не понимаешь, — убеждал тогда Андрей, больше себя, чем мать. — Там возможности. Можно открыть дело, ну или хотя бы в гостинице устроиться. И климат для Лизы лучше.
Марина действовала тонко, без скандалов. Она использовала один-единственный аргумент:
«Либо мы меняем жизнь, либо я подаю на развод».
Андрей, воспитанный с мыслью, что семью нужно сохранять любой ценой, сдался и принял условия жены.
Валентина Сергеевна до сих пор помнила тот вечер, когда они сообщили о своем решении.
— Мы уезжаем в апреле, — сказала Марина, сияя возбуждением. — Снимем жилье, будем искать работу.
— А Лиза? — спросила Валентина Сергеевна, чувствуя, как внутри всё сжимается.
— Пока поживёт с тобой, мам, — поспешно произнёс Андрей, избегая ее взгляда. — Ненадолго, пока не обустроимся. В школу она пойдет там, мы заберем ее летом.
Марина лишь кивнула, лениво размешивая сахар в кружке. Детали вроде школы ее явно не интересовали.
Они уехали почти без подготовки, на кредитные деньги. Андрей оставил стабильную работу, погнавшись за мечтами жены.
Первые недели всё выглядело радужно: фотографии с пляжа, улыбки. Марина устроилась администратором в небольшой отель, Андрей искал вакансии.
Потом снимков стало меньше. В голосе сына по телефону появилась усталость.
— Ничего нормального, мам. То платят копейки, то условия мутные. Чуть не нарвался на обман…
Если Андрей переживал, то Марину всё устраивало. Она металась с места на место: сегодня один отель, завтра другой, потом бар у набережной.
Ей было весело. Новые знакомые, солнце, вечеринки. А Андрей изнывал от жары и неопределенности.
Его возвращение напоминало бегство. Он позвонил глубокой ночью.
— Мам, я завтра прилетаю. Один.
Она не задавала вопросов. Просто встретила его в аэропорту. Андрей был с одним рюкзаком.
Остальные вещи, как выяснилось позже, остались в съёмной комнате, которую они делили с такими же искателями «лучшей жизни».
Первые дни Андрей молчал. Потом, за бутылкой пива, всё же заговорил.
— Она сказала, что не может всё бросить. Нужно доработать сезон. Обещает вернуться в октябре. Но я её знаю… Ей там хорошо. А тут — Лиза, школа, долги…
— А внучка? — снова спросила Валентина Сергеевна.
— Говорит, ты справишься. Что первый класс — ерунда, — Андрей опустил глаза.
Женщина сжала губы. В первый класс Лизу поведет бабушка.
Тревога постепенно перерастала в злость — и на Марину, и на собственного сына.
— Андрей, прекрати переводить ей деньги, — сказала она. — Ты здесь, работаешь. Заботься о дочери, помогай мне, а не ей!
— Мам, не вмешивайся. Я не могу её бросить, — отмахивался он.
— Жена? — взорвалась Валентина Сергеевна. — Какая же это жена? Муж здесь, ребёнок здесь, а она там и счастлива! Да у неё там, небось, уже другой!
— Хватит! — рявкнул Андрей и ушёл к себе.
Он продолжал оплачивать ее «приключения»: переводил деньги, пополнял телефон. Всё ещё надеялся, что она одумается.
Но Валентина Сергеевна видела переписку в его телефоне: новые планы, рестораны, виллы. Ни слова — о Лизе, школе, возвращении.
Лиза стала тихой и задумчивой.
— Бабушка, а мама точно приедет на мой день рождения?
— Конечно, милая, — ответила она, не веря собственным словам.
Она купила форму, ранец, тетрадки. Каждый взгляд на них резал сердце.
За три дня до первого сентября раздался звонок. Звонила Марина. Валентина Сергеевна включила громкую связь.
— Привет! — бодро сказала та.
— Здравствуй, — холодно ответила Валентина Сергеевна.
— Лиза, солнышко, скоро школа!
— Привет, мама… — прошептала девочка.
— Андрей, слушай… Мне предложили остаться ещё на месяц. До середины октября. Проект перспективный.
В комнате повисла тишина.
— А школа? — тихо спросил он.
— Да ладно! С бабушкой ей будет лучше. Ты работаешь, а мама у тебя — золото!
Валентина Сергеевна не выдержала:
— Марина, очнись. Твоя дочь идёт в первый класс. Это раз в жизни.
— Не читайте мне нотации! Я не хочу закапывать себя! Мне нужна жизнь!
— А мы? — сорвался Андрей. — Я бросил всё ради тебя. А ты бросила нас.
Марина сбросила звонок.
— Ты была права… — прошептал Андрей.
Валентина Сергеевна положила руку ему на плечо.
— Теперь мы живём ради Лизы.
Но он всё ещё не сдавался.
Через две недели он снова улетел на юг. Вернуть Марину не удалось.
И он решил остаться там.
Внучка осталась с бабушкой.
И в первый класс её за руку повела именно она.