История из 90-х, которая заставила меня плакать

Вспоминая начало девяностых, у меня перед глазами возникает одна и та же картинка.

 

Очередь за апельсинами и яблоками. Отпускают по пару килограмм в руки. Все нервничают. Мужчина заказывает пять килограмм. Вид у него оборванный и несчастный.

Сынок, ты должен на ней жениться ради квартиры! Потом перепишем часть на меня Читайте также: Сынок, ты должен на ней жениться ради квартиры! Потом перепишем часть на меня

Очередь возмущена:
— Не давать!
— Спекулянты!
— Зачем вам столько?

«Давайте жить дружно⁠⁠» – история, от которой я пустил слезу Читайте также: «Давайте жить дружно⁠⁠» – история, от которой я пустил слезу

И вдруг неожиданный ответ:
— Детям в детский дом…

«Она — моя дочь!»: Борис Моисеев вписал Орбакайте в завещание Читайте также: «Она — моя дочь!»: Борис Моисеев вписал Орбакайте в завещание

Все замерли. А он повернулся и извиняющимся тоном объяснил очереди:
— Представляете как им сейчас тяжело? Кто им еще купит? Сейчас же каждый сам за себя…

Собака из приюта не спала по ночам, она всё время смотрела на своих новых хозяев Читайте также: Собака из приюта не спала по ночам, она всё время смотрела на своих новых хозяев

Тишина. Очередь потрясенно молчит.

Звёзды, которым не помогло ретуширование своих фото Читайте также: Звёзды, которым не помогло ретуширование своих фото

Я помню ощущение растерянности и стыда за то, что мне даже в голову не пришло помочь кому-то. И радости, оттого что не все потеряно, если кто-то думает о ближнем.

Американец прыгнул с высоты 7,6 километра без парашюта Читайте также: Американец прыгнул с высоты 7,6 километра без парашюта

Я до сих пор помню этого советского человека — бедного, неустроенного. И милосердного.

Елена Рог
Отрывок из эссе «Границы рая и ада»
из книги «О светлячках и хьюмидорах»

Сторифокс