Иван Охлобыстин о жутком мистическом совпадении, пьющем окружении и последнем разговоре с Михаилом Ефремовым

Буквально за неделю до трагедии они работали над пьесой, события которой мистическим образом претворились в жизнь!

Иван Охлобыстин и Михаил Ефремов дружат больше 30 лет. Поэтому ситуация, в которую угодил товарищ, стала для Ивана Ивановича настоящим шоком. А ведь буквально за неделю до трагедии они работали над пьесой, события которой мистическим образом претворились в жизнь.

Семья погибшего отказывается от денежной компенсации, общество клеймит заслуженного артиста, а его друзья пребывают в глубоком шоке от случившегося. Сам Михаил Олегович находится под домашним арестом — он признал свою вину, сотрудничает со следствием и глубоко переживает трагедию. «Нет больше никакого Ефремова, предал я всех», — с горечью заявил актер в своем покаянном видеообращении.Вся страна следит за тем, как сейчас развиваются события после страшного ДТП, которое устроил вечером 8 июня Михаил Ефремов. Актер сел за руль в нетрезвом состоянии, вылетел на встречную полосу и врезался в фургон, за рулем которого находился водитель Сергей Захаров. От полученных травм мужчина скончался в больнице.

Коллеги виновника трагедии разделились на два лагеря: кто-то старается всячески поддерживать Михаила Олеговича и его семью, кто-то с упоением вспоминает пьяные похождения артиста, его загулы и их последствия. Один из самых близких друзей Ефремова Иван Охлобыстин до сих пор не может прийти в себя.

— Вам удалось как-то пообщаться с Михаилом до того, как он сел под домашний арест? Может быть, передаете какие-то слова через его супругу?Последний раз я с ним основательно разговаривал буквально за неделю до ДТП, отдал пьесу, мы, в принципе, довольно часто созванивались. Да каждые 10 минут буквально. А потом я уехал на дачу. И как раз, когда я был там, и случилась эта катастрофа. Сейчас он терзает себя. Нам не дают общаться, только через жену получается. Каждый день звоню ей, спрашиваю: «Как дела, Софья?» Все-таки это наши близкие люди, он крестный моей старшей дочери, мой родственник. Мы прихожане одного храма, сделали столько спектаклей, во многих проектах работали вместе. В конце концов, мы старинные друзья.

У актеров было много совместных проектов

У актеров было много совместных проектов— Какой он друг? Наверняка, не раз в чем-то выручал…

Он — прекрасный друг, не только мне помогал, а очень многим людям. Он один из тех, к кому всегда можно было обратиться за помощью. Никогда не отказывал, не проявлял отстраненности от проблемы, всегда пытался как-то вникнуть. Это каждый из его близких может подтвердить.

— А вы знали про эту депрессию, про которую супруга Михаила Олеговича упомянула.Да, действительно, он очень переживал по поводу смерти матери и Галины Борисовны Волчек. Потому что она была его старым-добрым другом, а театр «Современник» — по сути вторым домом. Он вырос в нем.

— Может, он какими-то планами делился? Относительно будущих съемок или чего-то еще?Михаил Олегович как раз должен был приступить к работе над нашей пьесой «Пар». Она получилась довольно своеобразной, мистической. Написал по моим представлениям именно то, что он хотел. И, как это ни страшно, хотя я человек не суеверный, констатирую: очень многие вещи, большинство того, что есть в этой пьесе, произошло. До мелочей. Предположим, тот персонаж, которого должен был играть сам Михаил Олегович и которого по пьесе звали Михаил Олегович Камергерский, погибает в конце — его убивают.

Ефремову грозит до 12 лет тюрьмы

Ефремову грозит до 12 лет тюрьмы— Многие высказали мнение, что друзья и близкие тоже виноваты во всей этой ситуации. Что думаете по этому поводу?

Произошло это по обычной человеческой безалаберности — тут я ни в коем случае не оправдываю Михаила Олеговича. При всех его человеческих достоинствах нельзя садиться пьяным за руль. Я вообще сам в последнее время предпочитаю, чтобы супруга водила машину. Хотя и не выпиваю. Но береженого Бог бережет. Для меня это вдвойне страшнее — если священник кого-то убивает, он теряет сан. Несмотря на то, что я под запретом, но все равно в сане. Поэтому минимизировал риски. Могу сказать, что у Ефремова нынешнее окружение все пьющее — за редким исключением. Но самые близкие люди, к примеру, с ним не выпивали. К коим я отношу и себя. За 30 лет знакомства, вот парадокс, ни разу не было. С Гариком (Сукачевым — прим. «СтарХита») смеялись по этому поводу — мол, как так получилось, что ни я, ни Харатьян, ни Миша не напивались никогда, сидя за одним столом. Сидеть-то сидели, безусловно. Хотя почти все мы люди выпивающие, но в разумных пределах. Дима разве что не пьет вообще. Гарик — очень редко. Что касается остальных… Миша Горевой не пьет, Никита Высоцкий, если и пьет, то довольно редко, по праздникам. Самое близкое окружение, в принципе, наоборот, непьющее. А вот, что касается театра, тех людей, которых мы не знаем, новообретенных знакомых, — они его потчевали. Да вся страна потчевала. Парадокс в том, что сейчас все осуждают того Михаила, какого сами хотели видеть — веселого, разбитного, вечно пьяного оппозиционера, хулигана. Он очень нравился стране. Но, как только случилась катастрофа, это все из положительного фактора превратилось в отрицательный.

— В видеообращении Михаил Олегович сказал, что «нет больше никакого Ефремова». Как думаете, карьера его закончена, что вообще с ним дальше будет?Я не представляю, честно говоря. Для меня все это покрыто мраком. Потому что надо знать Мишу. Сейчас все требуют его жестоко наказать, но они не понимают, что Михаил Олегович сам себе — самый страшный судья. Я очень боюсь за его психическое здоровье, потому что он с детства, несмотря на все свои недостатки, глубоко совестливый человек, с повышенным чувством ответственности. Как это пересеклось с его пьянством, с этой ситуацией, с его безалаберностью — непонятно. Не думаю, что у Михаила Олеговича после случившегося все когда-нибудь встанет на прежние рельсы. Он слишком склонен к самоосуждению, это у него в характере… Надеюсь, что Ефремов все-таки будет работать, ведь он действительно гениальный актер и режиссер-постановщик театральный. Может быть, если зайдут с практической точки зрения, то Миша будет кормить и пострадавшую семью, и свою… Может быть, как-то удастся его вернуть в профессию. Но я пока не знаю. Ничего лучшего, кроме как молиться, пока не могу предложить. Моя поддержка будет всегда. Как он был для меня родным человеком, так и останется, что бы там ни говорили. Есть связи, есть близость, которую не может разрушить даже Уголовный кодекс, даже нормальные человеческие представления о морали. К сожалению, или к счастью, не знаю.

Семья Ивана всячески поддерживает Ефремова после трагедии

Семья Ивана всячески поддерживает Ефремова после трагедии.

Источник

Сторифокс
×