17 сентября 1925 года на перекрестке у рынка Сан-Хуан в автобус, в котором ехала восемнадцатилетняя Фрида Кало, врезался трамвай.
Один из железных обломков вагона проткнул Фриду насквозь на уровне таза и вышел через влагалище. «Так я лишилась девственности», — говорила она. После аварии ей рассказали, что ее нашли совершенно голой — с нее сорвало всю одежду. Кто-то в автобусе вез пакет с сухой золотой краской. Он порвался, и золотой порошок покрыл окровавленное тело Фриды. И из этого золотого тела торчал кусок железа.
Травмы были чудовищными. У нее в трех местах был сломан позвоночник, переломаны ключицы, ребра, тазовые кости. Правая нога сломана в одиннадцати местах, ступня раздроблена.
Целый месяц Фрида лежала на спине, закованная в гипс с головы до ног. «Меня спасло чудо, — рассказывала она, — Потому что по ночам в больнице вокруг моей кровати танцевала смерть». Еще два года она была затянута в специальный ортопедический корсет. Первая запись, которую она сумела сделать в дневнике: «Хорошо: я начинаю привыкать к страданию».
Чтобы не сойти с ума от боли и тоски, девушка решила рисовать. Любящий отец специально для дочери сделал подрамник, позволяющий писать лежа, а сестра под балдахином кровати прикрепила большое зеркало. «Я изучала свое лицо, малейшие движения, складки простыни, очертания ярких предметов, которые окружали меня. Я постоянно видела себя. Фрида изнутри, Фрида снаружи, Фрида везде, Фрида без конца…», — впоследствии рассказывала Кало.
Двигаться Фрида не могла. Рисование так увлекло ее, что однажды она призналась матери: «Мне есть ради чего жить. Ради живописи». В итоге автопортреты стали главной сюжетной линией в творчестве художницы. «Я пишу себя, потому что много времени провожу в одиночестве и являюсь той темой, которую знаю лучше всего», ─ делилась мыслями Кало: «Я никогда не рисую сны или кошмары, я изображаю собственную реальность». Девушка пережила более 30 операций, ее ноги были покрыты шрамами, прятать которые она предпочитала под длинными юбками традиционных мексиканских нарядов, а непрекращающаяся ноющая боль стала ее бессменной спутницей до самой кончины. Единственным лучом света в темном царстве были кисти и краски.
Так автомобильная авария стала началом творческого пути художницы. Но для того, чтобы пройти этим путем, а не сложить руки и не отчаяться, ей понадобилось огромное мужество и воля. И она смогла победить себя и доказать миру, что для человека с внутренним стержнем и с силой воли нет ничего невозможного.
