Именно так — чтобы она в нем сама разочаровалась.
То есть он был труслив и подловат. Нет бы сказать: «Прости, моя дорогая, что-то у нас не складываетcя. Как говорится, дело не в тебе, дело во мне…». Но он хотел, чтобы она сама его бросила, ему так было спокойнее.
Он был интеллигентный, образованный, воспитанный юноша. А она была вообще очень утонченная.
И вот однажды, принимая ее у себя дома и ставя на столик кофейные чашечки, он — при ней! — сначала поскреб по столу ногтем, потом пробурчал нечто ругательное, типа «лядь, засрали все…», потом обильно плюнул на стол, достал из кармана смятый носовой платок и стал таким манером чистить стол от какой-то вчерашней грязи. Потом пополировал столешницу рукавом, сказал: «ну так ничего» — и продолжал расставлять чашки и молочники, косясь на нее.
А она вся запунцовела и сказала:
— Какой ты искренний, непосредственный! — и поцеловала его.
© Д.Драгунский
Художник Валентин Губарев