— Я к вам ненадолго, только сорочки Игорю приведу в порядок, — произнесла свекровь.
С этими словами Валентина Сергеевна начала неторопливо расстёгивать пуговицы своего старого пальто, которое, кажется, пережило не одно десятилетие. Глядя на это привычное действие, я внезапно ощутила, как внутри что-то скручивается в плотный узел размером с орех. Этот «узел» жил во мне уже третий год брака и, похоже, был на грани того, чтобы разорваться…
Одними сорочками дело не ограничилось. Свекровь направилась на кухню, выпила чашку чая, который я ей предложила, и вдруг встрепенулась:
— Ой, а оладьи! Совсем вылетело из головы… Сейчас быстренько.
Я сначала решила, что она забыла их у себя дома и сейчас поедет за ними (жила она не близко), но оказалось — она собралась готовить их прямо у нас! И действительно приготовила. Прямо у меня на глазах на большом блюде выросла аккуратная стопка румяных тонких оладий, которые так обожал мой муж.
Я отлично помню, как всё начиналось. Сначала она появлялась редко — раз в неделю, по воскресеньям. Приносила еду и заканчивала те домашние дела, до которых у меня не доходили руки. Потом визиты стали чаще. Потом у неё появился ключ — Игорь с моего согласия сделал копию. И теперь она заходила тогда, когда ей хотелось…
Игорь лишь разводил руками.
— Ну а что я могу? Она сама… Тем более ты постоянно занята. В чём проблема?
В такие моменты я ощущала себя чужой в собственной квартире. Как будто лишний человек, мешающий настоящим хозяевам. Я пыталась поговорить с Игорем мягко, потом прямо, потом уже на повышенных тонах.
Он обижался, словно ребёнок, у которого отобрали игрушку: губы начинали дрожать, и он говорил своим жалобным голосом:
— Лина, ну зачем ты опять начинаешь? Мама старается для нас. Ты же всё время работаешь, даже поесть не успеваешь. А она и о тебе заботится!
— Игорь, после её «заботы» я ничего не могу найти у себя дома!
— Ну вот, опять… «У себя дома»… Вообще-то это и мой дом тоже! — надулся он.
Хотя мы жили в моей квартире, я решила не напоминать ему об этом. Хотя, возможно, стоило.
Я действительно пыталась найти выход. Предлагала заказывать еду, нанять помощницу по дому — что угодно, лишь бы прекратить эти ежедневные вторжения. Игорь смотрел на меня, как на сумасшедшую.
— Зачем тратить деньги, если мама с удовольствием помогает? — удивлялся он.
— А ты уверен, что с удовольствием? — спросила я.
— В смысле?
И я рассказала, как однажды в субботу, возвращаясь из магазина, увидела Валентину Сергеевну с тяжёлыми сумками у подъезда. Она собиралась зайти внутрь, но я остановила её.
— Да что вы делаете? У нас лифт не работает! Давайте я позвоню Игорю — он дома, поможет!
— Да ладно тебе! — отмахнулась она. — Пусть мальчик отдыхает, я сама справлюсь.
Я тоже была нагружена пакетами, но вместе мы с остановками на каждом этаже дотащили всё до квартиры.
Игорь даже не подумал выйти. Лежал на диване, как какой-то султан, и ждал, когда его позовут есть…
— Ну позвонила бы мне, — сказал он, когда я закончила рассказ. — Я бы спустился.
— Тебе было лень даже встать, когда мы пришли! — раздражённо ответила я.
Как-то вечером я вернулась домой раньше. Квартира встретила меня запахом свежего белья и звуками телевизора. Игорь лежал на диване и смотрел сериал. Рядом стояла тарелка с остатками ужина.
— Ты что, не на работе? — спросила я.
— Да так… приболел, — он даже не повернулся. — Мама заходила, оставила еду.
— И вещи привела в порядок? — мой голос стал натянутым.
— Ну да, — пожал он плечами. — И что?
И тут меня прорвало. Я не кричала — я редко повышаю голос. Но говорила так, что он сжался на диване.
— Я выходила замуж за взрослого мужчину, — сказала я, — а живу с мальчиком, который не способен без мамы…
— Лина… ну не преувеличивай… — пробормотал он.
— Это должно закончиться. Немедленно.
Он сел, растерянный.
— Ты серьёзно? Мама же помогает…
— Мама вмешивается! — сказала я жёстче. — Она мешает нам быть семьёй. Мешает тебе стать самостоятельным. Мешает мне чувствовать себя хозяйкой!
— Да что не так? — искренне не понимал он.
— Всё не так.
Он, конечно, обиделся. Ночь мы провели в разных комнатах.
На следующий день я позвонила Валентине Сергеевне и предложила встретиться. Мы сидели в небольшой кофейне. Я взяла крепкий кофе, она — латте.
Я готовилась к разговору. Продумала слова, аргументы… Но всё пошло иначе.
— Лина, — начала она, — ты, наверное, думаешь, что мне нравится каждый день к вам ездить?
— Я не знаю, нравится или нет, — ответила я, — но скажу честно: то, что вы делаете, не работает.
Я ожидала возражений, но она сказала другое:
— У меня спина ноет… ноги к вечеру не чувствую… Но Игорь звонит: «Мама, приезжай, Лина опять задерживается, есть нечего, вещи не готовы…»
— Серьёзно? — я растерялась. — А мне он говорит совсем другое…
— Думаешь, я контролирую? — усмехнулась она. — Да я бы лучше дома сидела. Или к дочке съездила. Но приходится…
— Нянчиться, — сказала я.
— А что делать? — вздохнула она.
— Отпустить, — ответила я. — В природе мать заботится о детёныше до определённого момента. Потом — отпускает. Мы ведь тоже часть природы.
— А если он не умеет?
— Значит, научится.
Она вдруг посмотрела на меня с тревогой:
— Ты… не уйдёшь от него, если я перестану ему помогать?
— Посмотрим, — честно сказала я.
Свекровь согласилась отступить. Игорь воспринял это болезненно. Даже при мне позвонил ей и начал жаловаться, что его «не кормят». Но она ответила спокойно:
— Сам справляйся. Пора взрослеть.
Он обиделся и на неё тоже.
А я пока наблюдаю за его «превращением»… Только не уверена, насколько меня хватит.