Вначале приходил кот. Большой красавец с дорогим кожаным ошейником . Он дожидался, когда мы с женой садились обедать во дворе нашего маленького домика, и забирался к ней на руки. Жена от умиления вместо обеда гладила его. Так он и засыпал. Я не возражал.
Но, потом вслед за котом стала приходить большая собака породы сенбернар. Она ложилась рядом с женой и наблюдала, как та гладит кота. Я подсаживался к ним и гладил собаку. Та засыпала, положив большую красивую голову на лапы. Проведя у нас время до вечера, пушистый и кудлатый друзья уходили.
Жена прочла надписи на ошейниках у собаки и кота, и я уже собирался позвонить хозяевам и сообщить, что их четвероногие друзья у нас чтобы они не волновались. Но, жена категорически запретила мне делать это.
Она так привязалась к спокойным и ласковым существам, что боялся лишиться их общества. Я, разумеется, ругался и объяснял, что, возможно, люди волнуются, на что жена неизменно отвечала:
— Значит, им у нас лучше. Не смей мне портить настроение.
Так шла неделя за неделей. Пока на спине огромного сенбернара не приехал большой попугай какаду. Меня чуть удар не хватил, когда я увидел это зрелище.
Впереди важно шествовал большой толстенький серый кот, за ним, опустив голову и будто стесняясь, шёл сенбернар. А на его спине сидел большой белый попугай и, подняв хохолок, оглашал окрестности победным кличем.
Какаду залез на стол и к полному восторгу жены сообщил, что зовут его Пуся и что он любит орешки. На стол был вывален весь наш запас. Я молчал. Я ведь знал уже всю историю.
У этой семьи родилась тройня, и животные уходили к нам отдохнуть от криков и беспокойства, царившего в их доме. А через неделю ещё я съездил к этим людям и предложил им деньги за всех их питомцев. Женщина плакала, а её муж сказал, что деньги им очень кстати, да и нет больше у них ни времени, ни возможности ухаживать за своими четвероногими и пернатым питомцами.
Так что в этот день я приехал на машине, привезя в наш маленький домик какаду Пусю, толстенького серого кота с серебряным колокольчиком по имени Черчиль и сенбернара Лапу.
Жена, увидев, как я выпускаю из машины компанию и вынимаю лотки, кормушки и клетку, расплакалась и, бросившись ко мне, крепко обняла меня.
— А я так боялась, что они однажды исчезнут, — сказала она.
— Не волнуйся, — ответил я. — Они теперь тут навсегда.
Счастью жены не было предела, она то хватала на руки кота, то гладила попугая. А сенбернар сел рядом со мной и, посмотрев на меня удивительно умными глазами, тяжело вздохнул.
Я погладил его и сказал:
— Не волнуйся. От нас никуда. Это ваш дом навсегда.
Сенбернар ещё раз тяжело вздохнул и положил свою большую красивую голову мне на колени.
А в доме проходил ураган. Жена, кот и попугай бегали друг за другом по всем комнатам, и я слышал счастливый смех жены. Я улыбался.
Всё было правильно…