Не обратив на это внимания, она продолжала пировать, и сладкая струйка сочилась из её рассечённого брюшка.
Но вот она собралась взлететь, и только тут ей стал понятен весь ужас её положения.
То же самое происходит с современным человеком.
Ему отсекли душу, а он долго — пожалуй, лет двадцать — этого просто не замечал.
