Вчера вечером мы всей семьей отправились в торговый центр, выбирать рождественские подарки для наших родственников.
Дочь — «Папа, мне нужно пойти в отдел «Build-A-Bear», чтобы купить игрушку для пожертвований».
Я — «Какое пожертвование?»
Дочь — «В школе собирают медведей для пожертвования».
Я: «Ладно, мы заскочим в «Target» и купим дешевого медведя».
Дочь — «Нет, игрушка должна быть хорошей от «Build-A-Bear».
Я — «Хорошо, мы пойдем и посмотрим, есть ли у них какие-то распродажи, но я не потрачу много денег».
Мы идем в «Build-A-Bear» и выбираем самого маленького, самого дешевого плюшевого медведя. Я сказал ей, что я не собираюсь покупать, что-то большое.
Я — «Что это за пожертвование?»
Дочь — «Мы дарим плюшевых медведей детям, которые проведут Рождество в больнице, и у которых не будет рождественских игрушек. Это действительно важно, и я действительно очень хочу купить плюшевого медведя для них. Даже, если придется потратить деньги, я заплачу за это. Ты можешь взять их из моей копилки».
Пытаясь изо всех сил не заплакать, я обернулся и поменял дешевого медведя на обычного плюшевого мишку. Моя дочь радостно схватила его.
Дочь — «Ладно, мы готовы, ты не сказал, что насчет наряда».
Я — «Милая, хватай любой наряд, который ты хочешь. Мы его купим».
Когда мы были на кассе, моя дочь взяла мою кредитную карту и заплатила.
Дочь: «Мне нужно запомнить сумму, потому что я собираюсь отдать деньги своему отцу за эту игрушку, это для детей в больнице».
Опять я едва сдержал слезы. Я сказал своей дочери, что игрушка стояла 10 долларов (на самом деле больше). Она действительно настаивала на том, чтобы заплатить эти 10 долларов, поэтому я позволил ей это сделать. Это должно дать ей более ощутимое чувство выполненного долга. Я, вероятно, найду способ отдать/вознаградить ее этими 10 долларами.
Я никогда так не гордился своей дочерью.