На месте отца я бы ее давно бросила, но история их любви продолжается до сих пор

Сорок лет он просит ее не класть розмарин в ризотто.

Моя мать всегда кладет розмарин в ризотто, а мой отец вот уже сорок лет, прежде чем начать есть, вынимает розмарин из ризотто.

«Она — моя дочь!»: Борис Моисеев вписал Орбакайте в завещание Читайте также: «Она — моя дочь!»: Борис Моисеев вписал Орбакайте в завещание

С точностью швейцарских часов он извлекает из тарелки листик за листиком весь розмарин… и ризотто в порядке. Сорок лет он просит ее не класть розмарин в ризотто.

Топ десять самых развратных женщин в мировой истории Читайте также: Топ десять самых развратных женщин в мировой истории

Александр Ширвиндт: в 1958 году у меня родился сын, а я мечтал о дочери Читайте также: Александр Ширвиндт: в 1958 году у меня родился сын, а я мечтал о дочери

Сорок лет она не обращает внимания на его просьбы. Она говорит, без розмарина ризотто не получится. Она кладет, а он вынимает.

Семья, где никто никому ничего не обязан Читайте также: Семья, где никто никому ничего не обязан

«Не могу больше здесь оставаться» — Игорь Николаев эмигpирует Читайте также: «Не могу больше здесь оставаться» — Игорь Николаев эмигpирует

И вот так уже сорок лет. И они все еще любят друг друга. На месте отца я бы ее давно бросила… Но он не запарился, и вот история их любви продолжается до сих пор.

Стихотворение невероятной силы. Какой сарказм! Читайте также: Стихотворение невероятной силы. Какой сарказм!

Лучана Литтиццетто, «Одна как стебель сельдерея»

Сторифокс