В предисловии, я из глубинки Луизианы, кроме того, полиция, которую мы просили о помощи, не знала о нашей ситуации.
Мне было 15 лет, мой отец был ужасно грубым и жестоким по отношению ко мне, моей матери и еще четырем братьям и сестрам. Например, он не позволял нам учиться.
В один не такой уже и прекрасный день мне исполнилось 15 лет, а он отказался покупать мне подарки или что-то еще, поскольку он полагал, что я «слишком испорчена для подарков и слишком толстая для торта», как и любая 15-летняя девушка я плакала.
Моя мать испекла мне пирог, когда она думала, что он ушел, но он вернулся прямо, когда мы его разрезали.
Это было ужасно, он размял пирог на земле и толкнул ее в него. У него был стальной прут, которым он избивал маму, даже когда она была без сознания.
Я не могла больше этого терпеть, я не могла стоять и позволить ему убить ее. Когда он повернулся ко мне спиной, я схватила пистолет, который он оставил на столе, и просто выстрелила в него.
Я все еще помню, как все замедлилось и остановилось. Я стреляла в него около четырех раз, вот что мне сказали, но я не могу этого вспомнить, честно.
Я помню, как работала на автопилоте, я собрала всех своих братьев и сестер и упаковала все наши вещи в машину. Мы с сестрой затянули мать в машину.
Мы доехали до ближайшей больницы, где мы уже были «частыми гостями» из-за моего отца. На этот раз, было очевидно, что все серьезно, медсестры испугались и вывели нас всех в отдельную комнату из зала ожидания.
Они вызвали полицию и работников социальной службы, но никто из нас не говорил, пока моя мать не пришла в себя. Это был беспорядок.
В конечном счете, было вынесено решение, что это была самозащита или что-то в этом роде, мы упаковали наши сумки, и переехали во Флориду.
Я знаю, что возможно вы подумаете «почему ты не ушла». Но это был человек, который преследовал нас по двум городам, вернул нас, запер в шкафу, а потом попытался поджечь. Это был единственный выход.