Когда-то Марина и Дима выглядели идеальной парой.
Познакомились в фитнес-центре: она плавала в бассейне, он тренировал спину и руки в зале. Встретились случайно у стойки администратора — оба брали воду после занятий. Дима тогда пошутил что-то неловкое про «спорт и романтику», и Марина впервые за долгое время засмеялась искренне.
Их первые свидания были лёгкими: прогулки по набережной, кафе с дешевым капучино, длинные разговоры о том, чего они ждут от жизни. Она мечтала о семье и уютном доме, он — о том, чтобы «жить не хуже других и всё успевать».
Свадьба была скромной, но радостной: белое платье, цветы в волосах, улыбки родных.
Когда родился сын Никита, казалось, что счастье стало полным. Молодая семья жила в квартире, доставшейся Марине от матери, и пусть денег было не слишком много, зато была любовь, доверие и ощущение, что всё только начинается.
— Завтра же подаю документы на развод.
Марина произнесла это тихо, но твёрдо. Её голос дрожал от сдержанных эмоций — будто каждая буква резала воздух.
— Какой развод, Марин? Ты серьёзно? У нас ребёнок, семья… Ты что, из-за какой-то ерунды взялась всё рушить? — растерянно пробормотал Дима, глядя на жену широко распахнутыми глазами.
— Ерунда? — в её голосе послышалась горькая насмешка. — Ты хоть понимаешь, что вытворяешь последние месяцы?
Но он, как обычно, попытался перевести всё в шутку:
— Ну а что я могу поделать, если у тебя чувство юмора напрочь отсутствует?..
_______________________________________________________________________________________________________________
День был яркий и тёплый. Солнце щедро разливало свет по улицам, словно старалось подарить людям праздник после целой недели проливных дождей. Город оживал: кто-то гулял по аллеям, кто-то сидел в кафе на верандах, смеясь с друзьями, кто-то целенаправленно бродил по торговым центрам в поисках обновок перед школой.
И лишь одна семейная пара решила привлечь внимание всей улицы громким разбирательством.
Слова, вырывающиеся из идеально накрашенных уст Марины, были такими сочными и прямыми, что, пожалуй, даже заядлые грузчики где-нибудь в порту удивились бы её словарному запасу.
— Ты пошутил?! Пошутил?! Да ты… — голос сорвался на крик.
Мимо прохожие бросали косые взгляды: кто-то хмыкал, кто-то усмехался, кто-то сочувственно качал головой. Внешне всё выглядело так, словно женщина устроила истерику на ровном месте.
Но Марина знала: ненормальной она точно не была.
А вот в адекватности мужа — уверенности больше не оставалось.
Всё началось около шести месяцев назад. Дима, некогда спокойный и надёжный, неожиданно увлёкся «пранками». Сначала это выглядело невинно: вечером он мог показать смешное видео с переодетыми «монстрами», которые пугали прохожих в парках или подъездах. Он хохотал до слёз, она пару раз тоже улыбнулась, но вскоре перестала понимать, что в этом может быть смешного.
Постепенно шутки перекочевали в их жизнь.
Сначала в её кофе оказалась соль.
Потом на стуле появилась подушка-пердушка.
Позже на столе «нашлись» искусственные кошачьи «сюрпризы».
Марина пыталась разговаривать с мужем, объясняла, что это неприятно, что ребёнку показывать такой пример нельзя. В ответ слышала лишь:
— Ну вот такое у меня чувство юмора. Не нравится — не обращай внимания.
Родственницы советовали терпеть: «Ну, мужчины ведь как дети, перебесится, и всё пройдёт».
Но «детство» затянулось.
День, когда Марина окончательно сломалась, начался обычно. Она поехала с мамой по делам, оставив сына Никиту с отцом. Всё было спокойно, пока ей не позвонил Дима.
— Машину угнали. С Никитой внутри.
Мир рухнул. Сердце ушло в пятки, дыхание сбилось, перед глазами поплыли пятна. Марина и её мама поймали первое попавшееся такси и мчались через город. Каждая минута казалась вечностью.
И что они увидели по приезде?
Спокойно припаркованную машину.
И Диму, стоящего рядом, с сыном на руках.
Улыбающегося.
— Да я пошутил! — сказал он, будто ничего страшного не произошло.
Марину прорвало. Она не кричала — её голос был холодным, как лёд. Она отдала сына бабушке и сказала всё, что думала о муже. А вечером выгнала его ночевать куда угодно, только не домой.
С Никитой было труднее всего. Ему ещё не исполнилось пяти, но он понимал слишком многое.
— Скажи, сынок, что бы ты сделал с человеком, который наврал, что твою маму похитили? — спросила она.
Мальчик серьёзно задумался и выдал:
— Уничтожил бы.
Слова прозвучали по-детски грубо, но суть Марина уловила: даже ребёнок почувствовал, что это не игра.
К тому же Никита признался: папа «шутил» и над ним, когда мама не видела. И ему это совсем не нравилось.
Дима пытался удержать семью. Он клялся, что всё понял, что больше никогда не станет дурачиться, что любит жену и сына. Даже винил в её вспышке… ретроградный Меркурий.
Но было поздно.
Марина решила твёрдо. Она устала от унижений, от постоянной тревоги, от нелепых розыгрышей, превращавших их жизнь в кошмар.
— Завтра же подаю документы, — повторила она, теперь уже спокойно.
Процедуре развода Дима сопротивлялся, но остановить её не смог. И, возможно, когда-нибудь поймёт, что сломал брак собственными руками.
Марина же впервые за долгое время чувствовала, что дышит свободнее.
А сын, глядя на маму, сказал серьёзно:
— Мам, мы вдвоём справимся.
И Марина поверила, что это правда.