Тёплый июльский вечер завершился огнями салюта и последними танцами. Гости расходились медленно, неохотно покидая зал, где только что отгремело пышное торжество. Воздух был наполнен ароматом цветов и звоном бокалов, а на лицах друзей и родных ещё держались улыбки.
Игорь и Мария, уставшие, но счастливые, возвращались домой. Их голоса звучали тихо, будто всё вокруг стало слишком хрупким после громкой суеты. Позади осталась свадьба — долгожданный праздник, полный тостов, объятий и подарков.
Они и не подозревали, что вместе с радостью в их новую жизнь проберётся горькая тень предательства.
Свадебное торжество Игоря и Марии осталось в прошлом — шумное, наполненное музыкой, смехом и теплыми словами.
На следующее утро утомлённые новобрачные начали перебирать подарки: коробки и конверты. Комната выглядела, как цветочный склад — всюду букеты, ленты и открытки.
— Ну что, теперь мы богачи, — зевнул Игорь, растянувшись на диване. — Давай проверим наш капитал?
Мария аккуратно раскладывала конверты в стопки и кивнула. Она уже мысленно распределяла будущие траты: часть на отдых, часть — отложить на запас.
Подсчёты заняли почти час. Игорь отмечал суммы на листке, а Мария проверяла цифры.
— Четыреста сорок девять тысяч семьсот, — наконец произнёс он. — Отлично. Почти полмиллиона. Мы потратили восемьсот, но всё равно результат достойный.
— «Почти» не считается, — улыбнулась Мария. — Но нам хватит и на поездку, и на тот милый диванчик на балкон, о котором я мечтаю.
— Договорились, — Игорь прижал жену к себе. — А сейчас бы выпить крепкого кофе.
Утро казалось спокойным, пока звонок в дверь не нарушил уют. На пороге стояла бабушка Игоря — Галина Петровна.
— Здравствуйте, дорогие! — весело сказала она. — Не отвлекаю?
— Да ты что, бабуль! — Игорь помог снять пальто. — Мы только встали, кофе собирались сварить. Присаживайся.
— Я ненадолго, — отозвалась старушка. — Просто любопытно: как настроение, как впечатления?
После пары шуток бабушка перешла к делу:
— Я хотела уточнить насчёт денег. Вчера моя сестра Тамара вручила конверт — я видела, там было пятьдесят тысяч. Я даже удивилась. Думаю: отличный старт для молодых! Ну, рассказывайте, на что планируете потратить?
В кухне повисла пауза. Мария нахмурилась.
— Пятьдесят? — переспросила она. — Бабушка, мы всё пересчитали, больше тридцати тысяч в одном конверте не было.
Галина Петровна помрачнела:
— Не может быть. Я точно знаю, что Тамара положила пятьдесят. И я тоже внесла приличную сумму.
Игорь достал коробку с конвертами и список подсчётов. Но пересмотр не изменил результата: больших сумм нигде не оказалось.
Мария вдруг нахмурилась ещё сильнее:
— А где бархатный синий конверт с золотыми буквами? Его подарила моя тётя. Я отложила его отдельно, он был толстый.
Они проверили всё снова. Конверта не оказалось. Более того, несколько выглядели так, словно их открывали и приклеивали заново.
В воздухе повисло тяжёлое молчание. Игорь не хотел верить в догадку, но Мария произнесла её:
— Это могла сделать твоя сестра Лена. Она вчера собирала конверты в коробку и оставалась с ними одна.
Галина Петровна ахнула:
— Лена? Да как ты можешь так думать!
Но факты были упрямыми. Записи с камер в кафе показали всё: Лена действительно вскрывала конверты, перекладывала купюры в сумочку и заклеивала обратно.
Игорь смотрел на экран, ощущая, что перед ним чужой человек.
Позже он позвонил сестре. Сначала Лена отрицала, пыталась оправдаться. Но когда он сказал о записях и потребовал вернуть деньги, она сорвалась на слёзы.
Через час Лена появилась у их двери с дрожащими руками и пачкой купюр. Она призналась: долги, угрозы коллекторов, отчаяние.
— Мне было стыдно просить помощи… легче оказалось украсть, — всхлипывала она.
Галина Петровна только тяжело вздохнула:
— Деньги — не беда. А вот доверие… его вернуть почти невозможно.
Игорь смотрел на сестру без ненависти, но с усталостью и болью.
— Уходи, Лена. Если захочешь попросить о помощи — приходи честно. Но доверие придётся заслужить заново.
Она молча кивнула и ушла. В квартире повисла тишина, тяжёлая и горькая.
Мария обняла мужа:
— Простишь её?
— Не знаю… Деньги вернутся, а вот эта рана внутри — не скоро, — ответил он.
Кража так и осталась секретом между четырьмя людьми.