— Дай мне денег, мне срочно нужно! — потребовал Игорь.
Пока я пыталась справиться с изумлением, он подошёл ближе и, навалившись обеими ладонями на мой стол, заявил:
— У меня, между прочим, день рождения на носу, а средств ноль. Выручай, а?
Всё случилось… скажем так, слишком стремительно и неожиданно. Я сидела в офисе и дописывала отчёт для налоговой. Голова гудела от цифр и бесконечных таблиц, которые нужно было свести воедино. И тут — Игорёк. Как чёрт из табакерки, как простуда посреди отпуска…
Игорёк — мой младший брат, который к своим сорока годам так и не обзавёлся ни жильём, ни стабильностью, зато имел два несомненных таланта. Он умел исчезать и объявляться именно тогда, когда ему было выгодно.
В первом случае его невозможно было найти даже с собаками, а во втором — от него нельзя было отделаться.
— Я в курсе, в курсе, — снова заговорил он, — сорок лет мужику отмечать нельзя, приметы и всё такое. Но я уже пообещал людям. Ну дай, а?
— Игорь… — я сняла очки и потерла переносицу, на которой уже отпечаталась красная полоска. — Ты…
— Знаю! — перебил он. — Я тебе должен, да. Но, Наташ, я всё верну, честное слово! Отмечу — и верну… частями… потом. Ну сейчас-то дай!
Я глубоко вдохнула и резко выдохнула — это всегда помогало хоть немного собраться.
— Подожди. Юбилей — дело хорошее. Сорок лет — дата серьёзная. Но объясни мне, почему именно я должна это оплачивать?
— А кто ещё?
Он развёл руками, улыбнулся, и на щеках появились те самые «детские» ямочки, которые когда-то свели с ума двух его бывших жён. От алиментов им он скрывался уже седьмой год.
— У нас с Олей и так денег впритык, еле держимся. А ты тут сидишь, — он оглядел мой кабинет и зачем-то уставился на пальму в углу. — Нормально устроилась. Работа денежная, семьи нет… Ну, Наташ, ну выручи, ну чего ты?!
«Неплохо устроилась», значит… — усмехнулась я про себя.
Я слышала это не раз. Одни произносили с восхищением, другие — с упрёком. И почти всегда за этим следовала просьба о деньгах.
Я, между прочим, не была богачкой. Просто у меня был свой бизнес, и дела шли относительно стабильно.
— Игорь, — сказала я спокойно, — ты ведь понимаешь, что деньги не появляются сами собой?
— Да понимаю! — дёрнулся он. — Но ты тоже пойми…
— Я работаю! — повысила я голос. — Каждый день. И прежде чем «нормально устроиться», я пахала без выходных и отпусков!
— Ну всё, понеслось… — закатил глаза брат. — А я ведь просто…
— Вот именно — «просто»! — рассердилась я. — У тебя всё просто, как в басне про стрекозу. А ведь ты мог бы зарабатывать! У тебя была хорошая должность, помнишь? Ты был ведущим инженером.
Игорь скривился.
Да, была история. Та самая, о которой в семье старались молчать. Он закрутил роман с женщиной из планового отдела, а его вторая жена устроила скандал прямо в офисе. С криками и дракой.
Женщин кое-как разняли, а брата попросили уволиться «по собственному». Иначе грозила статья.
— Чего ты прошлое ворошишь? — процедил он. — Ещё вспомни, как я в школе в шахматы всех обыгрывал…
— Игорь…
— Вместо того чтобы просто помочь, ты начинаешь читать нотации! Наташа! Если ты мне не поможешь, я… я маме позвоню!
Вот это номер, — мелькнуло у меня.
Мама была его главным козырем. Семидесятилетняя, с больным сердцем и непоколебимой верой в то, что Игорёчек просто неудачливый, что жизнь к нему несправедлива.
Я вспомнила, как пять месяцев назад мама позвонила мне поздно вечером, почти в одиннадцать. Голос был такой, будто случилась трагедия.
— Наташенька, — сказала она, — Игоря выселяют. Он ипотеку давно не платил. Ты же понимаешь, у него тяжёлый период. Помоги, доченька…
И я помогла. Пять месяцев подряд оплачивала его ипотеку. Отменила отпуск, отложила визит к стоматологу, хотя зуб давно ныл по ночам.
Я экономила на всём, а Игорь с Олей каждые выходные выбирались на шашлыки. Фото в соцсетях всё подтверждали.
— Я пять месяцев платила за тебя ипотеку, — сказала я. — Это двести десять тысяч. Ты хоть раз сказал спасибо? Хоть раз спросил, как я?
— Ну вот, — устало протянул он, — теперь пошли упрёки… Слушай, Наташ, ты одна живёшь, тебе тратить не на кого. Ни мужа, ни детей. Зачем тебе деньги? С собой унесёшь?
Я внимательно посмотрела на него.
Нет, не поймёт. Никогда.
— Уходи, Игорь, — сказала я. — И не мешай мне работать.
— Чего?!
— Уходи из моего кабинета. И из моей жизни тоже. Денег я тебе не дам. Ни сейчас, ни потом.
Он смотрел на меня с откровенной злостью, потом покраснел.
— Ты серьёзно мне отказываешь?!
— Абсолютно.
— Я маме сейчас…
— Звони, — пожала я плечами. — Если тебе не стыдно.
Он вылетел из кабинета и вскоре исчез.
Через полчаса позвонила мама.
— Игорёчек всё рассказал! — начала она без предисловий. — Я всегда знала, что ты эгоистка, но чтобы так… Почему ты не дала брату денег?!
— Потому что он перегнул палку.
— Какая ещё задолженность?! — закричала мама, когда я напомнила про ипотеку.
— Это была помощь! Поняла? По-мощь!
— Хорошо. Но помогать я больше не буду.
— Эгоистка, — сказала мама и повесила трубку.
Брат пытался давить через родственников, но когда я предложила им самим скинуться на его юбилей, они сразу отступили.
А Игорь до сих пор пишет сообщения и апеллирует к моей совести.
Вот и помогай после этого. Всё равно виноватой останешься.