«Сопротивление и покорность». Дитрих Бонхёффер

Разговорчивость может быть иногда очаровательной у женщин, но у мужчин она кажется мне отвратительной.

Болтают, не разбирая, перед первым встречным о своих делах, интересует ли это собеседника или нет, имеет ли он вообще какое-то к этому отношение или нет, просто потому, что необходимо выболтаться; если несколько часов сдерживать этот почти что физический позыв, то потом будешь только рад, что не дал ему воли.

Очень смешной рассказ: «Софа, доця, ты када грэчку варишь, крупу перебираешь?» Читайте также: Очень смешной рассказ: «Софа, доця, ты када грэчку варишь, крупу перебираешь?»

Мне иногда просто стыдно видеть, как люди унижают себя этим стремлением высказаться, как они беспрестанно говорят о своих делах тем, кто просто недостоин этого и кто их едва ли слушает; а самое удивительное при этом, что у них даже нет потребности говорить правду: главное для них — только поговорить о себе, будь это правда или выдумки.

Чтобы позволить людям делать с ней все, что они хотят, она замерла на 6 часов Читайте также: Чтобы позволить людям делать с ней все, что они хотят, она замерла на 6 часов

Хитрый бывший муж Читайте также: Хитрый бывший муж

Совсем иное — потребность в настоящей беседе, то есть в духовном общении. Но лишь очень немногие из здешних обитателей в состоянии вести разговор, выходящий за пределы частных дел.

«Она — моя дочь!»: Борис Моисеев вписал Орбакайте в завещание Читайте также: «Она — моя дочь!»: Борис Моисеев вписал Орбакайте в завещание

«Ей хотелось только одного: тишины» — вошла в квартиру и, сдерживая обжигающую ярость, застала в гостиной Наталью Павловну и чужого мужчину Читайте также: «Ей хотелось только одного: тишины» — вошла в квартиру и, сдерживая обжигающую ярость, застала в гостиной Наталью Павловну и чужого мужчину

Зигзаг судьбы Читайте также: Зигзаг судьбы

Сторифокс