Утомляться на работе – привычка для многих людей. Лариса не была исключением. Доводя себя до полного истощения в конторе, она возвращалась домой и садилась за швейную машину. Пока была молодой и без детей, хотелось зарабатывать больше, чтобы позже ни в чём себе не отказывать. Лариса принимала заказы на пошив и ремонт одежды от знакомых. Иногда ей говорили, что с её талантом она давно могла бы открыть собственное ателье и выпускать наряды по авторским эскизам, но женщина сомневалась и думала, что у неё ничего не выйдет. Ей было страшно оставить работу в офисе. Если всё завершится провалом, придётся искать новое место, заново знакомиться с коллективом и налаживать общение. Нет… Ларисе тяжело было сходиться с новыми людьми, да и уверенности в своём мастерстве она не имела.
— Чем тут гордиться? Обычная одежда. Ничего особенного. Удивительно, что у тебя это заказывают, ведь на рынке можно найти и лучше, и дешевле, — ворчала свекровь, Тамара Игоревна.
Муж всегда стоял на стороне матери и говорил, что если супруге это нравится, то он не против, чтобы она занималась шитьём, но бросать офисную работу не следует.
— Не такие уж особенные твои изделия, чтобы привлечь толпы клиентов, а этих ателье сейчас на каждом шагу, сама ведь понимаешь.
Родных у Ларисы не осталось. Бабушка со стороны отца и тётка не желали поддерживать с ней связь. После того как родителей забрала авария, девушка осталась совершенно одна. Только подруга, Вика, поддерживала её, убеждала, что та обязана попробовать, но давление со стороны мужа лишь усиливало неуверенность в собственных силах. Лариса считала, что недостаточно хороша и не сможет стабильно зарабатывать, открыв ателье. Она воспринимала шитьё как хобби, поэтому брала заказы и вкладывала в них душу.
— Опять сидишь с этими тряпками? — вернувшись с работы, спросил Виктор. — Ужин готов? Я сегодня голодный. Так нагрузился, что еле дошёл.
Как уставал Виктор, Лариса понять не могла. Он работал охранником, чаще всего сидел на посту и проверял пропуска или смотрел в камеры. Его коллеги шутили, что работа эта не бей лежачего, но он постоянно жаловался на усталость. Это ведь не бегать по огромному предприятию и не таскать документы из одного конца в другой на подпись или проверку. Лариса же редко могла присесть. Помимо того что носила бумаги, она ещё и проверяла рабочих, контролировала процесс. Понимала, что часть обязанностей в её должность не входила, но спорить с поручениями начальства было невозможно. Если сказали – надо делать. Если коллеги просили помочь – не откажешь, иначе будут смотреть волком. Так она и загоняла себя, но изменить ничего не могла.
— Сейчас поставлю пельмени. Сегодня тоже устала, поэтому не готовила, — ответила Лариса, заканчивая последние стежки.
— Для мужа приготовить ты устала, а над своими тряпками корпеть — нет? — с раздражением спросил Виктор. — Мне уже надоели эти полуфабрикаты. Хочу нормальную еду. Вот моя мать всегда варила суп и делала второе, а ты ленишься. Как я раньше этого не замечал?
Лариса почувствовала, как внутри расползается обида. Многое она могла стерпеть и пропустить мимо ушей, но когда её труд обесценивали, молчать было тяжело. Ещё в начале их отношений она предупреждала, что не желает превращаться в домработницу и не сможет каждый день готовить что-то свежее. Конечно, полностью от домашних дел она не отказывалась, но считала, что обязанности должны делиться поровну. Виктор же палец о палец не ударял. Если жена просила его приготовить, он сразу находил отговорки и предлагал заказать еду или поужинать в ближайшем кафе. Про уборку и говорить не приходилось: мужчина отказывался наотрез, уверяя, что это не мужское дело, мол, и так чисто. Но стоило Ларисе хоть немного ошибиться, как он тут же упрекал её, что она плохая хозяйка. А «вишенкой на торте» было его вечное пренебрежение к её увлечению шитьём.
— Ты действительно считаешь, что я занимаюсь пустяками? Эти мои вечера с иголкой приносят в наш бюджет немалую сумму. Ты ведь не возражаешь, когда я покупаю что-то вкусное или даю тебе деньги. Если бы не эти заказы…
— Ой, перестань. Разошлась. Скажешь тебе слово — десять в ответ. Не ворчи. Иди вари пельмени, раз больше ничего не умеешь, а я в душ.
На самом деле Лариса редко спорила с мужем. Понимала, что ссорами ничего не решить. Какой смысл доказывать правоту, если он всё равно не признает её? И зачем доказывать? Виноватой она себя не чувствовала, но обида накапливалась. Почему он с таким пренебрежением относился к её делу?
За ужином Виктор молчал, уткнувшись в телефон и иногда улыбаясь. Ларисе хотелось выхватить гаджет и спросить, что там такого увлекательного, что он не уделяет ей внимания. Но она сдерживалась. За полтора года брака они отдалились, и в голове появлялись неприятные мысли. Она подозревала, что у мужа появилась другая, но он уверял, что любит только её. Вот только это было незаметно. Лариса завидовала парам, которые шли по улице, держась за руки, а её муж всё время был погружён в экран.
— Да кому он нужен? — говорила Вика, когда подруга жаловалась. — А вот то, что он так с тобой обращается, спускать нельзя. Он привык, что ты рядом и всё терпишь. Заставь его ревновать. Покажи, какая ты красавица. А если реакции не будет — и не стоит держаться за эти отношения. Отправляй его к матери.
Лариса решила послушать совет. На выходных она нарядилась, сделала причёску и макияж. Предложила Виктору пройтись в парке, пожаловавшись, что устала сидеть дома.
— Устала дома? Везёт тебе. Но раз уж ты принарядилась, давай съездим к маме. Она жаловалась, что мы редко навещаем.
Не о таком отдыхе мечтала Лариса. Свекровь косилась на неё, уводила сына в сторону, чтобы шептаться. Лариса пожалела, что согласилась.
Вернувшись домой, Виктор был в хорошем настроении.
— Отлично посидели. Надо почаще к маме ездить, — сказал он. — Кстати… мама сказала, что твою квартиру нужно обменять. Ульяна разводится, ей жить негде.
— Мою квартиру? Обменять? А больше она ничего не говорила?
Эти слова стали последней каплей. Лариса почувствовала усталость и неожиданное желание всё закончить.
— Ты только не кричи. У Ульяны беда: муж гуляет, она решила уйти. У тебя просторная двушка. Возьмём две однокомнатные, с доплатой. Долги погасим, ты ведь зарабатываешь на своём шитье. Я, как старший брат, должен помочь. Так что вопрос решён.
Лариса качала головой, поражаясь его наглости.
— Прекрасно. Ты прав. Помогай своей семье. Но на мою квартиру не рассчитывай. И вообще… я устала от тебя и хочу развестись.
— Развестись? Я не позволю! — взорвался Виктор.
— Я не прошу, а сообщаю. Собирай вещи и освобождай моё жильё.
Виктор, побитый в своём самолюбии, собрал необходимые вещи и ушёл, сказав, что она ещё попросит прощения. Лариса лишь улыбнулась.
Она подала на развод и уволилась с работы. Решила вложить накопления в собственное дело. Пусть было трудно, но с поддержкой Вики она двигалась к цели. Лариса была уверена, что справится. Свекровь уверяла, что она пожалеет, а Виктор был уверен, что она вернётся. Но у Ларисы началась новая жизнь. Она поблагодарила прошлое за опыт и пообещала себе, что больше никто не воспользуется её мягкостью. Теперь она любила себя и верила в свои силы, а это было главным залогом успеха.