Прямо у выхода из метро, у буквы «М», женщина торговала щенками. На картонке была написана порода и стоимость. И что «ищем хорошие руки»
Раньше, когда еще не было Авито, вот так и торговали.
Я вбегала в метро и мельком увидела три симпатичные ушастые мордашки, торчащие из лукошечка.
Через четыре часа я возвращалась домой, выходила из метро, и увидела ту же женщину, но уже с одним щеночком. Видимо, двоих удалось продать.
Я подошла посмотреть, хотя не собиралась покупать щенка.
Около женщины стоял мальчик лет 12, у него в руках были помятые купюры.
И рядом стоял мужчина в черных очках, в пиджаке, с дорогими часами. Он спешил.
— Я дам больше, чем он, — сказал мужчина хозяйке щенка, кивнув на мальчика. — В два раза. Мне ребенку. А то я забыл подарок…
Я поняла, что оба они претендуют на собачку, и если это тендер, то щенок однозначно достанется мужчине.
Мальчик полез в карманы, выгреб их них все, что было, а было там много мелочи:
— Я разбил копилку. Это все, что у меня есть. Родители разрешили, сказали только, что деньгами не помогут, нет у них. Я вот еще у друзей занял. Вот все, что есть…
Женщина-продавец посмотрела на мужчину в очках и сказала:
— Простите меня, но я мальчику отдам. Мне важно, чтобы в хорошие руки. Я вижу, что мальчик будет очень любить щенка. Он все готов за него отдать уже сегодня…
И протянула щенка абсолютно счастливому мальчишке. Тот схватил его, так нежно, трепетно, словно боялся повредить, а щенок дрожал, от страха, наверное, или от стресса. Счастье — это же тоже стресс.
— Ой, а деньги, деньги-то! — мальчик засуетился, пытаясь отдать обещанное, одной рукой обнимая нового друга, а другой полез в карман.
— Не надо денег, купи на них своей собаке все необходимое, корм хороший, поводок…
— Ой, как это? Правда? Не возьмете? — мальчишка чуть не плакал. Он засунул щенка внутрь куртки своей, чтобы согреть, и стало очевидно, что они даже немного похожи.
— Не возьму. Берегите друг друга, — улыбнулась женщина и помахала им на прощание.
— Ой, так здорово, что вы у мальчика денег не взяли, — сказала я, наблюдая эту сцену.
— Я ни у кого не взяла, — ответила женщина. — Я специально пишу цену, чтобы понять, готов ли человек в принципе тратиться на собаку, есть ли у него средства. Я улетаю навсегда из этого города, и не хочу, чтобы щенки моей любимой собаки остались на улице из-за недобросовестных хозяев, которые поздно поймут, что не готовы кормить дополнительный рот. Я раздала щенков тем, кто… не предаст…
Ольга Савельева
