Несколько дней Полина настойчиво давила на него, возвращаясь к одному и тому же, будто заучила эти фразы заранее.
— Анастасия даже не поймёт, что что-то произошло.
— Мы потом всё положим обратно.
— Никто об этом не узнает.
В итоге Андрей сдался. Он открыл приложение, оформил перевод, подтвердил операцию, а затем стёр уведомление, словно вместе с ним можно было уничтожить сам поступок. После этого он убедил себя, что всё уже улажено.
Анастасия слушала его без единой реплики. Лишь когда он замолчал, она задала короткий вопрос:
— Ты хоть на мгновение понял, что делаешь?
Андрей беспокойно потер ладони.
— Я просто хотел помочь.
— Ты взял деньги, которые тебе не принадлежали.
— Я собирался вернуть.
— До того, как я это замечу?
Он опустил взгляд и ничего не сказал.
На следующий день появилась Полина. Она вошла почти уверенно, как будто пришла не объясняться, а улаживать мелкое недоразумение. Даже улыбнулась.
— Анастасия, ну зачем раздувать из этого такую драму?
— Говори дальше, — спокойно произнесла та.
— Ты ведь всё равно откладывала. Машину собиралась покупать не сейчас, а позже.
Анастасия медленно подняла на неё глаза.
— Значит, ты решила, что можешь просто воспользоваться моими накоплениями?
— Я же не украла.
— Именно это ты и сделала.
Полина раздражённо хмыкнула.
— Андрей мой брат.
— А деньги лежали на моём счёте.
— Он имел право…
— Нет, — перебила Анастасия ровным голосом. — Не имел.
Дальше разговор быстро сорвался в ссору. Полина то уверяла, что всё вернёт, то бросала обвинения в жестокости, то снова начинала рассказывать, как ей тяжело и как безвыходно всё сложилось. Андрей метался между ними, просил не повышать голос, умолял не ломать семью, повторял, что любую ошибку можно исправить.
Анастасия смотрела на него и всё отчётливее понимала главное: он раскаивался не в том, что сделал. Его мучило лишь то, что обман вскрылся. И это осознание оказалось больнее самого пропавшего перевода.
Утром она снова позвонила в банк. Сотрудники помогли довести проверку до конца. Выяснилось, что после той самой настройки телефона Андрей оставил доступ к её личному кабинету на своём устройстве, поэтому позже смог войти без её участия и провести операцию.
После проверки ей помогли отключить все посторонние устройства, сменить параметры безопасности и полностью вернуть контроль над банковским кабинетом. Затем Анастасия подала заявление в полицию. Она ясно понимала: если сейчас промолчит, потом кто-то опять решит, что чужими деньгами можно распоряжаться без спроса.
Когда Андрей обо всём узнал, он вернулся домой раньше обычного. Долго стоял в прихожей, будто не решаясь пройти дальше, а потом тихо спросил:
— Ты правда это сделала?
— Да.
— Зачем?
Анастасия посмотрела на него с искренним недоумением.
— Потому что это были мои деньги.
Он беспомощно развёл руками.
— Но мы могли решить всё между собой.
— Между собой надо было решать до перевода. Надо было спросить разрешения.
Следующие несколько дней Андрей пытался её переубедить. Обещал вернуть всё до последней гривны, просил дать ему шанс, оправдывался, даже предлагал написать расписку. Анастасия слушала внимательно, но ни одному его слову уже не доверяла.
И вдруг она поняла, что много лет подряд сама закрывала глаза на очевидное. Он помогал сестре тайком, лгал, умалчивал важное, принимал решения за неё, а она называла это добротой, семейностью и мягким характером. Теперь никаких иллюзий у неё больше не осталось.