— Жильё я уже присмотрел. Завтра заглянет агент. Либо ты едешь со мной, либо… даже не знаю.
— Либо что? — еле слышно спросила Лера. — Разрыв?
— Я не хочу разрыва. Я хочу, чтобы ты проявила больше рассудительности.
Кирилл никогда не станет ходить, Лера. Он никогда не будет здоровым. Я обязан заботиться о нём до конца жизни.
— Подними. Чего застыла? Подними, говорю!
Кирилл пристально уставился на мачеху. На полу, у самых её ног, лежала вилка, измазанная густым соусом.
Мальчик расположился в своём кресле, его левая кисть слегка подрагивала, а с подбородка медленно скатывалась капля слюны.
Он спокойно мог дотянуться до вилки сам — Лера это знала. Она не раз замечала, как он ловко подбирает упавшие вещи, когда уверен, что на него не смотрят.
Но сейчас он смаковал момент.
— Кирилл, у тебя руки двигаются, — тихо произнесла Лера. — Ты сам её уронил. Нарочно. Пожалуйста, наклонись и возьми. Тебе полезно тренироваться.
— Папа! — завопил мальчик, не отрывая взгляда от Леры. — Папа! Она надо мной смеётся! Папа!
На кухню тут же ворвался Андрей. Он даже не стал выяснять — резко наклонился, поднял вилку, швырнул её в раковину и вынул из ящика чистую.
— Лер, ну что тебе, трудно, что ли? — Андрей аккуратно вытер сыну подбородок салфеткой. — Ты же видишь, ему тяжело. Зачем ты опять начинаешь этот спектакль?
— Андрюш, если он будет ждать, пока ему всё принесут и подадут, он никогда не станет самостоятельным.
— Он инвалид, Лера! У него ДЦП! Какая самостоятельность? — Андрей повернулся к сыну и смягчил голос. — Кирюша, ешь котлеты, остынут. Я специально телятину взял, как ты любишь.
Кирилл торжествующе посмотрел на мачеху. Отцу он ничего не сказал, лишь приоткрыл рот, ожидая, пока тот поднесёт ложку.
Лера отвернулась к окну и украдкой стерла слёзы. В этой квартире она давно ощущала себя прислугой, которой даже «спасибо» говорить необязательно…
Андрей уже давно собирался вернуться в родной город, поближе к бывшей супруге и сыну.
Точнее, он хотел, чтобы мальчик жил у них половину времени — ровно две недели в месяц.
Лера переезжать не соглашалась. Что хорошего её ждёт? Четырнадцать дней бесконечного обслуживания четырнадцатилетнего подростка, который ненавидит её каждой клеткой своего тела?
Муж остался с сыном на кухне, который недавно приехал погостить, а Лера ушла в спальню и без сил опустилась на кровать.
На тумбочке лежала пустая коробка от теста на беременность. Отрицательный. Снова. Вторая попытка ЭКО закончилась ничем.
Врачи говорили о стрессе и необходимости покоя, но какой тут покой?
Каждая процедура стоила огромных денег. Тех самых средств, которых в их семье постоянно не хватало.
Андрей трудился без отдыха, но почти вся его зарплата уходила «туда». Бывшая жена, Наталья, не работала ни дня.
Она виртуозно изображала «мать-героиню», посвятившую жизнь воспитанию больного ребёнка. И Андрей верил.
Он оплачивал всё: от частных преподавателей, хотя Кирилл учился в обычной школе и соображал быстрее многих одноклассников, до путёвок в санатории для Натальи, ведь отдых ей, по её словам, был нужнее всех.
Через двадцать минут Лера услышала в коридоре скрип колёс коляски — Кирилл выкатился из кухни.
— Эй! — раздался его голос. — Дайте воды! Кто-нибудь!
Лера зажмурилась, досчитала до десяти и вышла, когда крик повторился.
Муж, похоже, стоял на балконе, раз не отреагировал мгновенно на просьбу любимого сына.
— Кирилл, в гостиной на столе стоит стакан с трубочкой.
Мальчик даже не повернул головы.
— Я хочу пить. Принеси сок из холодильника. Этот тёплый.
— Пожалуйста, — мягко напомнила Лера.
Кирилл молчал.
— Ты слышишь меня? — Лера подошла ближе. — Я с тобой разговариваю.
— Мама сказала, что ты злая, — тихо произнёс он, всё так же не глядя на неё. — Сказала, что ты хочешь забрать папины деньги, чтобы родить своего ребёнка.
Но у тебя ничего не получится. Бог тебе не даёт, потому что ты плохая. Так тебе и надо.
Папа купит квартиру рядом с нами. Я буду жить там. А ты будешь мыть полы и выносить за мной горшки.
А если не захочешь, папа тебя выгонит. Он любит меня больше!
Андрей действительно стоял на балконе.
— О чём болтаете? — улыбнулся он, выглядывая в коридор.
— Папа, Лера сказала, что я воняю, — не моргнув глазом, соврал Кирилл. — Сказала, что ей противно на меня смотреть.
— Лера? — Андрей нахмурился. Его лицо мгновенно потемнело. — Ты в своём уме? Как ты могла сказать такое ребёнку?
— Андрей, он врёт! — Лера всплеснула руками. — Он только что говорил мне гадости про ЭКО и про твою бывшую. Ты слышишь, что он несёт?
— Кирилл мне не станет врать! — Андрей подошёл к коляске и обнял сына. — Всё, хватит. Поедем сегодня же к маме, Кирилл.
Я не оставлю тебя там, где тебя унижают.
Лера, нам нужно серьёзно поговорить. Вечером.
Когда они уехали, Лера медленно опустилась за кухонный стол и открыла ноутбук. Ей хотелось проверить банковскую выписку. Остаток на их общем счёте оказался почти нулевым.
Накануне Андрей перевёл Наталье крупную сумму на «новые ортезы», которые, как прекрасно знала Лера, выдавались бесплатно по государственной квоте.
Но Наталья захотела «немецкие». А Андрей, конечно же, не смог отказать.
Вечером состоялся разговор, которого он так настойчиво добивался.
— Лера, садись. Нам пора всё решить.
— Давай решим, — спокойно ответила она и кивнула. — Сколько ещё мы будем затягивать пояса, Андрей?
Я уже не могу позволить себе даже нормальные витамины перед следующей попыткой.
Мы живём на мою зарплату. Потому что твоя полностью уходит Наталье и Кириллу.
— Это мой сын! — Андрей резко ударил ладонью по столу. — Ты знала, на что соглашалась.
— Я знала, что у тебя есть ребёнок.
Но я не знала, что мне придётся содержать твою бывшую жену, которая покупает себе сумки дороже двух моих зимних пальто.
Я не знала, что твой сын будет оскорблять меня, а ты будешь его защищать.
— Он болен! Ему нужно всё самое лучшее! — повысил голос Андрей. — И да, я уже всё решил. Мы выставляем эту квартиру на продажу и покупаем такую же в моём родном городе.
Там рядом отличный реабилитационный центр. Наталья согласилась, чтобы Кирилл жил у нас по две недели. И на няне сэкономим, и я смогу видеть сына каждый день.
— А я? — тихо спросила Лера. — Ты меня спросил?
Ты хочешь, чтобы я превратилась в круглосуточную сиделку для мальчика, который меня ненавидит?
— Ты преувеличиваешь. Кирилл просто трудный подросток. Ему нужно привыкнуть.
И вообще, это решит почти все наши проблемы. Мы будем жить одной семьёй.
— Андрей, какой семьёй? — не выдержала Лера. — Семья — это когда двое заботятся друг о друге.
Ты обо мне заботишься?
Ты хоть раз спросил, как я себя чувствую после процедуры?
Ты хоть раз обнял меня, когда я плакала в ванной после очередного отрицательного теста?
Тебя волнует только одно — поел ли Кирилл котлеты и не обидела ли его «злая мачеха».
— Хватит этих истерик, — Андрей отвернулся. — Квартиру я уже присмотрел. Завтра приедет агент. Либо ты едешь со мной, либо… я не знаю.
— Либо что? — прошептала Лера. — Развод?
— Я не хочу разводиться. Я хочу, чтобы ты была мудрее.
Кирилл никогда не будет ходить, Лера. Он никогда не станет здоровым. Я обязан заботиться о нём до конца жизни.
Если ты не можешь принять это, значит, ты меня не любишь.
Лера смотрела на него и не узнавала.
Куда исчез тот человек, который в начале их отношений обещал, что они справятся со всем вместе?
Где был мужчина, который держал её за руку в клинике?
Его поглотило чувство вины — огромное, бесконечное чувство вины перед ребёнком, которое Наталья раздувала до небес.
Утром приехал агент — энергичная женщина неопределённого возраста.
— Отличная у вас планировка! — бодро защебетала она, заходя в гостиную. — Такая квартира быстро уйдёт. Роман… ой, простите, Андрей сказал, что вы планируете расширяться?
— Мы совершаем ошибку… — тихо произнесла Лера.
Агент растерянно посмотрела то на Андрея, то на Леру.
— Лера, иди в комнату, мы сами всё обсудим, — сквозь зубы процедил Андрей.
— Нет. Мы обсудим это сейчас.
Лера подошла к окну и повернулась.
— Андрей, я не поеду в тот город.
И я не буду покупать совместную квартиру, где половину времени будет распоряжаться твой сын, настроенный против меня Натальей.
— Ты ставишь мне ультиматум? — прищурился Андрей. — Из-за ребёнка-инвалида? Тебе не стыдно?
— Мне стыдно, что я так долго позволяла вытирать об себя ноги.
Стыдно, что я тратила своё здоровье и наши последние деньги на попытки родить ребёнка человеку, которому этот ребёнок на самом деле не нужен.
У тебя уже есть Кирилл. Он занимает всё твоё пространство.
Зачем тебе второй ребёнок? Чтобы он тоже чувствовал себя вторым сортом рядом с «особенным» братом?
— Как ты можешь так говорить! — Андрей шагнул к ней. — Кирилл — святой ребёнок!
— Кирилл — избалованный подросток, которого вы с Натальей старательно превращаете в овощ.
Он умеет держать вилку. Он может сам доехать до туалета. Он может учиться самостоятельно.
Но вы обслуживаете его так, что скоро он забудет, как дышать без помощи.
И вы делаете его несчастным, Андрей.
— Уходи, — тихо произнёс Андрей. — Если ты сейчас это не прекратишь, просто уходи.
Лера глубоко вдохнула.
— Нет. Уходить придётся тебе.
Продажи не будет.
Эта квартира куплена на мои деньги ещё до брака. Ты добавил лишь небольшую сумму от продажи своей комнаты.
Я просто выплачу тебе твою долю.
И ты сможешь купить себе всё, что захочешь. В своём любимом городе. Рядом с Натальей.
Андрей побагровел.
— Ты пожалеешь! Останешься одна — больная, бесплодная и несчастная! Кому ты нужна в тридцать пять?
Лера спокойно посмотрела на него.
— Себе, Андрей. Я нужна себе.
Сборы заняли три дня.
Пока Андрей подыскивал новое жильё, он ночевал в гостиной. Кирилл звонил ему почти каждый час, требуя то одно, то другое.
— Папа, купи мне новый джойстик! Старый Лера сломала, когда убиралась! — раздавался капризный голос из телефона.
Андрей даже не спорил.
— Конечно, Кирюша. Сейчас закажу.
В день, когда он забирал последние вещи, на пороге появилась Наталья. Она заявилась «помочь».
— Лерочка, ну как же так? Не выдержала, бедная? — язвительно протянула она. — Ничего, не всем дано быть матерью.
Ты ведь не знаешь, что это такое. А быть матерью такого ребёнка — это вообще подвиг.
Лера ничего не ответила.
Она молча наблюдала, как теперь уже бывший муж уходит вместе с женщиной, которая много лет методично разрушала её жизнь.
Через неделю Лера записалась в спортзал.
Через месяц — на курсы повышения квалификации.
Мысли об ЭКО она отложила. Сначала нужно было вылечить душу, а уже потом думать о ребёнке.
Андрей переехал к бывшей жене и сыну.
Но квартира в центре так и осталась мечтой. Огромные долги и бесконечные расходы Натальи быстро съедали любые деньги.
Их совместная жизнь продлилась недолго.
Когда Андрей потерял работу, Наталья без колебаний выставила его за дверь.
Инициатором был Кирилл.
— Зачем он нам теперь? — спокойно сказал подросток матери. — Денег всё равно не приносит.
Прошло два года.
Лера за это время сильно изменилась. Она закончила курсы, получила новую должность и впервые за долгое время начала жить спокойно.
Именно тогда она встретила человека, который относился к ней иначе.
Он не требовал жертв.
Не заставлял чувствовать себя виноватой.
И просто был рядом.
Через год у них родилась дочь.
Без врачей. Без процедур. Без бесконечных анализов.
Лера иногда вспоминала прошлое — но уже без боли.
Она просто вычеркнула из своей жизни и бывшего мужа, и его сына.
И впервые за много лет почувствовала, что её жизнь действительно принадлежит ей.