Кипяток в чайнике остыл уже пару часов назад. Ирина сидела на кухне — в одной руке держала кружку с подсохшей молочной пенкой, в другой — видеорегистратор. Свекровь жаловалась, что устройство стало барахлить: постоянно выдаёт сообщение о переполненной памяти, хотя она каждый раз перед поездкой всё стирает. Галина Петровна недвусмысленно намекнула, что неплохо бы купить новый — мол, молодые зарабатывают, а ей на пенсии тяжеловато. Ирина пообещала посмотреть, а если не разберётся — попросит мужа выбрать другой, когда он вернётся из командировки в Москву.
Подключив карту памяти к ноутбуку, Ирина хотела проверить, всё ли в порядке, отформатировать её и убедиться, что файлы действительно удаляются. Но записи почему-то не стирались. Решив, что проблема, скорее всего, в карте, а не в самом устройстве, Ирина уже собралась просто заменить её, но взгляд зацепился за недавнее видео. Сама не понимая зачем, поддавшись любопытству, она открыла файл.
Камера дрожала. Лобовое стекло старой «Лады». Пыль на панели, знакомая иконка, приклеенная криво — всё как обычно. Сначала — дорога: спальный район, поворот к школе, светофор. Серо, уныло, по-ноябрьски.
А потом раздался голос свекрови.
— Я тебе говорю, Наташ, она совсем уже распоясалась! Приходит с работы, валится на диван и строит из себя уставшую. А я-то знаю — сидит в офисе и ничего не делает! Ни о муже не заботится, ни о ребёнке. Даник орёт целыми днями, у меня уже нервы на пределе. Я ей говорю — занимайся ребёнком, а она будто не слышит.
Щёлкнул поворотник. Ирина не сразу поняла, что речь о ней. Машина остановилась.
— Ладно, я на месте. Пожелай мне удачи. Сейчас её дождусь и потом перезвоню.
Двигатель заглох. Экран потемнел, но звук остался. Хлопнула дверь. Где-то вдали залаяла собака. Тишина тянулась слишком долго. Ирина хотела выключить запись, но не смогла — пальцы будто приросли к мышке.
Снова звук ключа. Мотор ожил. И вдруг — новый голос. Женский, молодой:
— Ну что, Галина Петровна, решились? А если он не поведётся?
Свекровь усмехнулась холодно:
— Поведётся, куда денется. Ты главное — правильно подойди. Димка парень хороший, зарабатывает, а эта… смотреть противно. Подкати к нему, когда вернётся. Скажи, что давно хотела встретиться, вы же раньше общались. Я помогу.
— А если жена узнает?
— Кто ей расскажет? Ты? Я? Не узнает. А если узнает — пусть уходит. Вы с Димой заживёте, я с ребёнком помогу. Только не упусти шанс, Леночка. Мужики — слабые.
Ирина сидела, не шевелясь. Леночка. Та самая, что строила глазки мужу на празднике.
— А если он откажет?
— Не откажет. Мы её выживем. Ну что, договорились?
Раздался хлопок ладоней.
Дальше всё было как в тумане.
Две недели Ирина жила, будто ничего не произошло. Улыбалась, кивала, благодарила за пирожки. Делала вид, что верит.
Когда муж вернулся, она дождалась ночи.
— Дим, я тебе кое-что покажу. Только дослушай до конца.
Он усмехнулся:
— Что, мама кавалера нашла?
— Лучше бы так. Смотри.
Видео закончилось в тишине.
— Это… точно она? — тихо спросил он.
— Сам видишь.
Он долго молчал.
— Почему сразу не сказала?
— Я не знала, как.
Он вздохнул:
— Ладно. Что будем делать?
— Подыграем.
Через неделю всё случилось.
Кафе. Столик у окна. Свекровь, Лена, Дмитрий.
Лена улыбалась, касалась его руки. Свекровь сияла.
И вдруг Дмитрий поднял руку, достал телефон и показал видео.
Лена побледнела и выбежала. Свекровь застыла.
Он вернулся в машину.
— Я всё им показал. Сказал: ещё раз — и видео увидят все.
Ирина молчала.
— Мама сказала, что хотела как лучше… — он горько усмехнулся. — А я спросил: а Ирина тогда кто?
Ирина кивнула.
Теперь всё стало ясно.
Доверия больше не было. Но было главное — муж выбрал её.