Вообще то по состоянию души я собачник, но он пришел сам

Кот, котяра, котище. По ширине лица понятно – мыши его не интересуют как жанр.

Как это существо могло оказаться на лестничной площадке 15-го этажа, непонятно. А, главное, зачем? Добровольно уйти из дома, где тебя откормили до состояния крупной рыси можно только по политическим убеждениям.
Я, если честно, не хотела пускать его к себе. Подозревала, он осквернит квартиру презрением за общую гастрономическую неподготовленность.

Так и произошло. Хотя у меня был рассольник. А рассольники в моем холодильнике нечасто встречаются.
Там обычно кусок сыра страдает от одиночества. Ну, максимум водит унылые хороводы со сладким перцем.
А тут целый рассольник! Вкуснейший, свежайший, приготовленный по особому рецепту «мама врулила банку огурцов, а куда их, сука, девать».

23 уникальных снимка, пройти мимо которых просто невозможно Читайте также: 23 уникальных снимка, пройти мимо которых просто невозможно

Я сама буквально по-матерински достала мисочку, выбрала самые мясные места в кастрюле и даже подогрела угощение в микроволновке.

Кот преодолел полмира, чтобы вернуться в свою семью Читайте также: Кот преодолел полмира, чтобы вернуться в свою семью

Кот одарил содержимое миски брезгливым понюхиванием. Демонстративно отвернул морду куда-то вдаль и безучастно спросил: «Это всё, что вы можете предложить, мадам?»
Хам. Подумала я. Но поражения не приняла. Полезла в морозилку. Там обнаружились окаменелые ягоды позапрошлогоднего урожая (угу, снова мама, в надежде на компот), слоеное тесто и, ура – кусок курицы.

Чтобы позволить людям делать с ней все, что они хотят, она замерла на 6 часов Читайте также: Чтобы позволить людям делать с ней все, что они хотят, она замерла на 6 часов

Но пока я увлеченно размораживала то ли ногу то ли крыло, мой гость походкой престарелого тюленя направился к выходу.
На пороге он лениво обернулся
– Мне жаль вас, – тихо сказал кот, – Прощайте.

Зефирка давно сидела в этой клетке, больше года Читайте также: Зефирка давно сидела в этой клетке, больше года

Я обиделась. Гость обреченно побрел в противоположное крыло 15-го этажа и вдруг неистово замяукал (так ревут только бурые медведи-кадьяки по Animal Planet)

«Она — моя дочь!»: Борис Моисеев вписал Орбакайте в завещание Читайте также: «Она — моя дочь!»: Борис Моисеев вписал Орбакайте в завещание

Одна из дверей распахнулась
– Император! – воскликнула женщина лет семидесяти в розовом халате.
Я бы удивилась, если б эту сволочь звали Мурзик.
– Где ты пропал, негодник?! – принялась интеллигентно браниться женщина.
– Он был у меня, ел рассольник, – соврала я. Мне хотелось хоть какого-то признания.
– Ну что вы, – снисходительно произнесла соседка, – Император ест только средиземноморских улиток слабого посола, выращенных на лазурном берегу во второй половине мая, иногда мальков угря не достигших двухнедельного возраста…

Собака из приюта не спала по ночам, она всё время смотрела на своих новых хозяев Читайте также: Собака из приюта не спала по ночам, она всё время смотрела на своих новых хозяев

Вообще-то я точно не запомнила стандартное меню Императора. Но это было что-то такое, от чего мне захотелось вместо «до свидания» сказать:
– Тётенька, удочерите меня, пожалуйста…

Анна Гин

Сторифокс