Песочные часы стояли у самого края стола. Людмила переворачивала их перед каждым занятием и говорила:
— Подождём.
И дети замирали, наблюдая за тонкой дорожкой песка.
Дома у неё песочных часов не было, там время текло иначе. Дома был Игорь…
Он был крупным мужчиной и заполнял собой всё пространство. А ещё у него была привычка опускать руку на плечо собеседнику так, что тот невольно съёживался. Игорь работал риэлтором и квартиры продавал легко, уверенно, с азартом.
Клиентам нравился его напор и шумная раскованность. Была у мужа ещё одна привычка — он обожал заканчивать за Людмилу фразы. Бывало, она начинала:
— Я думаю, что…
— Нам надо брать этот диван, — бодро вставлял Игорь, и они действительно покупали диван, который Людмиле совершенно не нравился.
Так происходило во всём.
Супруги растили общего сына. Миша был крепким, сильным мальчиком. В свои семь он уже повторял отца с пугающей точностью: перебрасывал слова одноклассникам, отвечал вместо учительницы и не умел ни ждать, ни терпеть, ни уступать.
И вот на родительском собрании Людмила сидела у окна, сложив ладони на коленях. Учительница говорила спокойно и чётко:
Миша перебивает. Миша не даёт говорить другим. Миша повышает голос, если его просят подождать…
— И я хотела спросить, — сказала она, обращаясь к Людмиле, — дома он так же себя ведёт?
Людмила приоткрыла рот, чтобы ответить, но в ту же секунду Игорь наклонился вперёд и поднял ладонь.
— Подожди, Люд, ты не так поняла! — произнёс он и посмотрел на классную. — Она хочет сказать, что мы… занимаемся этим.
Учительница взглянула на него, выдержала паузу, а потом сказала:
— Я спросила вашу жену.
Игорь растерялся, но тут же собрался.
— Ну говори, чего ты? — «разрешил» он Людмиле. — Тебя же спрашивают.
И Людмила ответила. Внятно, как профессиональный логопед:
— Нет, дома он ведёт себя иначе. Но спасибо, что сообщили, мы обязательно учтём это.
В машине Игорь молчал и нервно отбивал пальцем по рулю.
— Странная она, — сказал он наконец, — эта классная. Нормально же всё объяснил…
— Дети перенимают поведение взрослых, — спокойно заметила Людмила.
— Хм…
— Не «хм», а послушай меня, Игорь, — она серьёзно посмотрела на мужа. — Ты ведь ни секунды не даёшь мне высказаться. Вот и Миша таким же становится.
— Не вижу тут беды, — буркнул он. — Сейчас, в нашем мире, надо быть громким и пробивным. Иначе затопчут.
— Может, в мире так, — не стала спорить Людмила, — но что насчёт семьи? Я не твой клиент, которого надо брать напором. Я твоя жена. Твой партнёр. Давай попробуем иначе.
Игорь что-то промычал и уставился на дорогу.
С этих пор Людмила начала «перевоспитывать» мужа. Когда он перебивал её, она мягко напоминала, что ещё не договорила. Сначала Игорь удивлялся, потом раздражался…
А потом он пришёл к ней на работу.
Людмила как раз проводила групповое занятие. Трое малышей сидели полукругом, и она показывала им, как язык упирается в нёбо на звуке «н». Игорь вошёл без стука, устроился у двери и стал слушать. Через пять минут не выдержал:
— Не, Люд. Ты им неправильно объясняешь! Надо же вот так!
Он широко раскрыл рот, вытянул язык и показал, как, по его мнению, надо. Дети прыснули со смеху, Игорь тоже расплылся в довольной улыбке.
В горле у Людмилы вдруг стало тесно, но голос её не дрогнул.
— Игорь, — сказала она, — это мой кабинет. Подожди меня, пожалуйста, в коридоре.
Он демонстративно посидел ещё минуту, а потом вышел, всем видом показывая, что уходит потому, что сам так решил, а не потому, что его попросили.
Когда дверь за мужем закрылась, Людмила перевернула песочные часы и сказала детям:
— Подождём.
И они подождали, а потом продолжили занятие.
В этот же день Игорь позвонил матери Людмилы и пожаловался на неё. Мать перезвонила Людмиле и встревоженно спросила:
— Люда, что с тобой происходит?
— Со мной? — удивилась Людмила. — Всё нормально. А что?
— Муж твой звонил, сказал, что ты в последнее время стала резкая. Может, тебе к врачу сходить?
Людмила закатила глаза.
— Мам… Со мной всё в порядке. Я не стала резкой. Я просто… — она помолчала, подбирая слово. — Просто начала говорить.
Коррекцию Мишиного поведения Людмила взяла на себя. Когда она вошла в детскую, сын собирал пазл. Людмила поставила на стол принесённые с работы песочные часы и сказала:
— Миша, давай сыграем в одну игру. Хочешь?
— В какую? — спросил сын.
— Во время.
Миша с интересом посмотрел на неё, потом перевёл взгляд на часы.
— Это как?
— Сейчас покажу. Пока песок сыпется, ты меня слушаешь. Когда остановится — отвечаешь. Понял?
Миша кивнул, и игра началась.
Сначала он ёрзал, крутил пуговицу, подпрыгивал на стуле. А потом… стал ждать.
Он заворожённо следил за песком и будто даже забывал дышать.
— Вот так во всём, — учила Людмила, — когда один говорит, другой молчит. Понял?
Сын снова кивнул.
Он полюбил эту игру и со временем усвоил её главный принцип.
Прошло несколько недель. Как-то Игорь купил новую машину и решил её «обмыть» в кругу родных.
За столом он, как всегда, доминировал: его голос перекрывал остальные, жесты были широкими, а паузы он делал лишь для вдоха.
В какой-то момент он сказал:
— Мы, кстати, решили переезжать. За город, на воздух. Ну а что? Полезно же. А этот город… Да ну его! Я тут присмотрел отличный вариант…
Гости удивлённо посмотрели на Людмилу. Она положила вилку и взглянула на мужа. Игорь улыбнулся и продолжил тараторить:
— Рядом лес, речка, красота! На участке баня, беседка, мангал! Будете приезжать к нам на выходные…
Он сделал глоток, вдохнул…
И тут Людмила сказала:
— Нет.
Игорь шумно выдохнул и повернулся к ней.
— Эм… Люд, ты чего? Я же объясняю…
— Нет! — повторила она. — Мы этого не решали. Это решил ты. Как всегда один…
— Ладно, — перебил муж, — давай не при гостях…
— Я. Не. Закончила.
Голос её был тихим и ровным. Таким же тоном она учила детей произносить трудные звуки — медленно, без нажима.
Она смотрела не на Игоря и говорила:
— Восемь лет я не завершала ни одного предложения в этом доме. Ты постоянно договариваешь за меня, поправляешь, переводишь, как будто я говорю на чужом языке…
…— …как будто я говорю на чужом языке, — спокойно продолжала Людмила. — А я не говорю на чужом языке. Я логопед. Я зарабатываю тем, что учу людей выражать мысли. Но у себя дома я молчу, потому что ты не считаешь нужным меня слушать.
За столом повисла неловкая тишина. Кто-то опустил глаза в тарелку, кто-то сделал вид, что занят салфеткой. Игорь сидел прямо, его плечи словно застыли.
— Я… — начал он.
— Мы никуда не переезжаем, — твёрдо произнесла Людмила. — По крайней мере до тех пор, пока не обсудим это вместе. Спокойно. С уважением. Договорились?
Игорь медленно кивнул.
Когда гости разошлись, а Миша остался ночевать у бабушки, Игорь всё же попытался устроить разговор на повышенных тонах.
— Что это было при всех? — вспыхнул он. — Я выглядел глупо!
— Я просто высказалась, — ровно ответила Людмила. — И, Игорь, насколько я знаю, в твоей работе принято договариваться, искать решения, учитывать интересы другой стороны. Ты ценишь свою профессию. Так вот… если наш брак для тебя тоже важен…
Она выдержала паузу и посмотрела ему прямо в глаза.
— Научись меня слушать. Не перебивать. Не говорить вместо меня. А если не сможешь — я уйду. Потому что я больше не хочу жить молча. Хорошо?
Игорь не ответил сразу. Он отвёл взгляд, прошёлся по комнате, остановился у окна. Потом тяжело выдохнул:
— Вот это да…
Это не произошло мгновенно. Он срывался, забывался, снова начинал говорить поверх её слов. Но каждый раз Людмила спокойно напоминала:
— Я ещё не закончила.
И постепенно Игорь начал останавливаться. Делать паузы. Ждать.
Миша тоже менялся. За столом он уже не выкрикивал ответы, а поднимал руку — сначала в школе, потом и дома, играючи. Иногда он сам переворачивал песочные часы и говорил:
— Теперь твоя очередь.
И в их доме стало появляться то, чего раньше не было, — пространство для тишины. И для слов.
Со временем Игорь научился не перехватывать фразы жены, а дослушивать их до конца. И оказалось, что в её предложениях нет ничего опасного — только мысли, чувства и желание быть услышанной.
И в их семье наконец появился диалог.