Вот это поворот! История, которая сделала мой день!

Стоять в пробке особенно обидно на платной дороге. Все возмущенно бибикают. Мужик в кипе справа бибикает особенно яростно...

Стоять в пробке особенно обидно на платной дороге. Все возмущенно бибикают. Мужик в кипе справа бибикает особенно яростно.

Открываю окно, чтобы объяснить отсутствие причинно-следственной связи между количеством его бибиканий и загруженностью трассы.

Чтобы позволить людям делать с ней все, что они хотят, она замерла на 6 часов Читайте также: Чтобы позволить людям делать с ней все, что они хотят, она замерла на 6 часов

А он, оказывается, мое внимание привлекал. Последи, говорит, за машиной, я быстро.

Cвёкор заявил перед свадьбой: «Я вашу квартиру уже пообещал родственникам» Читайте также: Cвёкор заявил перед свадьбой: «Я вашу квартиру уже пообещал родственникам»

И бегом в кусты.

Нет слов, хороши! Красотки СССР Читайте также: Нет слов, хороши! Красотки СССР

«Быстро» у него заняло минут пять. Машины худо бедно уже поехали, только его машина стоит, и я рядом. Охраняю.

Казус гениального математика Григория Перельмана Читайте также: Казус гениального математика Григория Перельмана

Прибегает мужик, довольный залезает в машину. И мне доверительно:

— Ты что, жадная какая-то? Или не любишь мужа? — вспылила Лидия Николаевна, когда осознала, что невестка не согласится передать ей половину квартиры. Читайте также: — Ты что, жадная какая-то? Или не любишь мужа? — вспылила Лидия Николаевна, когда осознала, что невестка не согласится передать ей половину квартиры.

— Получилось! Я так и знал!
— Поздравляю, но можно без подробностей.
— Да какие тут подробности. Пошел, помолился, пробка и рассосалась. Вот что молитва делает!

— Я — дочь вашего мужа, — сказала девушка в светлом плаще Читайте также: — Я — дочь вашего мужа, — сказала девушка в светлом плаще

Мужик положил на соседнее сиденье Тору, поправил кипу и уехал довольный. Я тронулся за ним, уворачиваясь от разогнавшихся джигитов. Пробки как и не бывало. Жалею, надо было хоть слова записать.

Роман Розенгурт

Сторифокс