Оно перекачивает синюю кровь. Поэтому вены под кожей синие.
Я была убеждена, что у людей разное количество пальцев на ногах, кому сколько досталось. И что старики — это просто такой вид человека.
И дико боялась грома, полагая, что небо не выдерживает космоса и кусками падает на дома.
Моя первая любовь — сосед по дому с разноцветными глазами. У него всегда был с собой учебник астрономии, он знал из чего состоят насекомые.
Кульминация лета — зрелый куст малины в старом саду, когда больно, сочно, остро и вкусно одновременно. Выходишь из него с царапинами, но сытая и довольная.
А из игр — закапывание в землю секретиков. «Ты знаешь, где мой секретик? Хочешь покажу»?
Мама говорила «если хочешь, чтобы с тобой дружили во дворе, вынеси им конфеты». Я брала конфеты и съедала их сама, одна, сидя на заборе. Главное, ведь, подружиться с самой собой. Папа тогда мне казался сильным и высоким, а мама теплой печью. От них веяло плотной безмятежностью в мелкий цветочек. Боги же.
А в дождь я всегда рисовала каракули со смыслом.
Как-то мальчик Саша подарил мне брошку в виде бабочки-коробочки в детском саду. Она была гладкая лакированная.
Тогда я впервые ощутила разность полов.
Быть девочкой — это удивляться.
Быть мальчиком — это удивлять.
Сейчас я думаю, что люди стареют потому, что перестают целоваться, прыгать на кровати и верить в невозможное. С тех пор, мало что изменилось. Гром и пять пальцев на ногах — это очень красиво. А секретики мы закапываем до сих пор, но только уже не в землю.
А глубоко в свои сердца…
