Я слушаю в Кёнигсберге орган, плачу и пишу тебе письмо.

Это оказывается так больно, земля из под ног уходит....

Здравствуй, папа!
Это я. Я слушаю орган в Кёнигсберге, плачу и пишу тебе письмо.

Я так и не смогла удалить номер твоего телефона. Однажды искала в айфоне чей-то номер и наткнулась на твой.

Хотела удалить и не смогла.
Мне казалось, если это сделать, я как будто потеряю тебя ещё раз. Я не могу ещё раз, пап. Мне хотелось набрать номер, но я испугалась. Не знаю чего больше, того, что кто-то может ответить (это конечно бред, но вдруг твой номер кому-то отдали), тишины или женского голоса, который произнесёт: «Абонент временно недоступен». «Временно», это как будто не насовсем, но я же знаю, что насовсем, и вот это вот «временно недоступен».

Короче, я не смогла, пап.
И номер не стёрла тоже.
Я иногда открываю его и просто смотрю.
Как будто бы, если что-то случится и начнёт рушиться небо, я его наберу, и ты удержишь небо над моей головой.

Вышла моя книга, пап. Я не показала тебе ни одного своего рассказа.
Потому что я полная дура, пап.
Мне казалось, ну чего я буду хвалиться? Ну, рассказ, ну ещё один, было бы о чем рассказывать.
А потом вышел сборник с моими рассказами, сняли фильм, и через год вышла вторая книга, уже не сборник, но тебя уже не было.
И ты так никогда и не узнал, что я пишу.
И уже не узнаешь.

Я дура, пап. Полная дура.
Тебе бы они понравились, а я лишила тебя радости радоваться о дочери.
«Молодец, дочь моя», — ты всегда так говорил и целовал меня в макушку. У моего сына седели виски, а ты целовал меня в макушку.
Ты мне говорил: «Запомни, выход есть всегда. Если ты его не находишь, значит ты просто его не находишь».
Я это помню, пап, и всегда нахожу выход.
У меня на сайте твои слова. Просто из смерти выхода нет.
Когда ты умер, тебя увезли, я ходила босиком, наступила на зелёную бусинку.
Больно.
Мама потом сказала, что это от твоей мормышки, и я положила бусину в кошелёк, чтобы всегда была связь с тобой, а она потерялась.
Это как лопнула ещё одна струнка. Зазвенела и лопнула, и я как будто перед тобой виновата, что она потерялась.

У мамы был инсульт. Мне теперь все время страшно, пап. Я однажды открою телефон, и там будет два ваших номера, а мне некуда будет звонить. И вы там будете вдвоём.

А я?
Здравствуй, пап! Это я…

Напишите свое письмо.

Светлана Комарова

Новое видео:

Источник

Сторифокс
×