Мы прожили вместе двадцать четыре года.
Сумка с логотипом какого-то фитнес-бренда — подарок коллег на его сорокапятилетие — лежала поперёк дивана, как случайно забытый предмет из чужой квартиры. Игорь швырял туда футболки и брюки резко, отрывисто, будто торопился не просто уйти, а стереть сам факт своего присутствия.
Я стояла у стены, сжимая в руках губку для посуды. На кухне всё ещё пахло кардамоном и курицей — я готовила ужин, потому что «нормальная еда помогает думать». На плите остывал соус, который теперь был никому не нужен.
— Игорь… — я удивилась собственному спокойствию. — Ты вообще понимаешь, что говоришь? Нам не по двадцать лет.
Он резко застегнул молнию и выпрямился. Когда-то он работал инженером, а последние годы занимался логистикой — много командировок, звонков, вечная спешка. Седина появилась рано, но придавала ему вид человека, который «знает, как устроен мир». Сейчас же его лицо выражало странное сочетание облегчения и раздражения.
— Вот именно, Ольга. Мне сорок восемь. Я не хочу доживать. Я хочу жить.
Ты же понимаешь — ты давно превратила всё в сплошную обязанность. Утром — планы, вечером — претензии. Ты разговариваешь со мной, как с подчинённым. Мне это осточертело.
— И давно ты это решил?
— Я познакомился с Верой. Она работает в студии йоги. Ей тридцать. С ней легко. Она не требует, не контролирует, не цепляется. Она смотрит на меня так, будто я — не функция, а человек.
Он взял сумку и направился к выходу.
— Я поживу пока у неё. Машину забираю — она на мне. Квартиру оставлю тебе. Временно. Потом решим.
Дверь закрылась без хлопка — тихо, почти вежливо. От этого стало ещё холоднее.
Я не плакала. Просто медленно села на кухонный стул и вдруг поняла, что впервые за много лет мне не нужно никуда бежать.
В следующие дни всё происходило будто на автопилоте. Я машинально проверяла телефон, хотя он больше не писал. По утрам готовила кофе «на двоих», а потом выливала лишний в раковину. Но однажды я проснулась и поняла:
меня никто не ждёт и никуда не торопит.
Я пролежала почти час, глядя в потолок. За окном был обычный вторник. И вдруг стало ясно — я могу провести его как угодно.
Я подошла к зеркалу. Женщина сорока шести лет. Без косметики. Волосы собраны наспех. Лицо, привыкшее быть «фоном».
— Ну что ж, — сказала я отражению. — Теперь без инструкций.
Когда-то я работала иллюстратором учебных материалов. Делала схемы, инфографику, визуальные пояснения. Потом Игорь сказал, что «это несерьёзно», и я ушла в офис, где много лет перекладывала документы и делала чужую работу тихо и аккуратно.
В тот день я достала старый планшет. Он лежал в ящике стола, разряженный, забытый. Я включила его и вдруг почувствовала странное волнение — как будто открывала дверь в комнату, где когда-то оставила себя.
Деньги у меня были. Немного. Не «подушка безопасности», а, скорее, тёплый шарф — на первое время.
Я записалась на онлайн-курс по визуальному мышлению.
Потом — в парикмахерскую. Не «освежить кончики», а отрезать всё лишнее.
— Коротко, — сказала я мастеру. — И не жалейте.
Когда я вышла на улицу, мне показалось, что город стал громче. Или это я перестала быть глухой.
Через месяц я взяла первый заказ — простую презентацию для небольшой компании. Потом второй. Потом третий. Люди писали: «У вас редкое чувство структуры». Я улыбалась экрану и училась принимать это без оправданий.
Про Игоря я узнавала случайно. Общие знакомые говорили, что у него «не всё гладко». Вера оказалась не воздушной феей, а человеком с очень чёткими ожиданиями. Лёгкость имела ценник.
Однажды вечером он приехал.
Я открыла дверь и увидела перед собой человека, который выглядел меньше, чем я его помнила.
— Оля… — сказал он. — Ты изменилась.
— Да, — ответила я. — Я вернулась.
Он хотел поговорить. Хотел «обсудить варианты». Хотел вернуть ощущение дома.
Но дом больше не был местом, где его ждали.
Домом стала я сама.
Я закрыла дверь спокойно, без триумфа. Просто потому что разговор закончился.
Позже я заварила чай и села за рабочий стол. На экране был мой новый проект. Большой. Сложный. Настоящий.
Иногда, чтобы начать жить, не нужно побеждать.
Достаточно перестать быть удобной.