Маленький сын: «Могу ли я заказать, пожалуйста,… одно шоколадное мороженое?»
Мать: «Ты не должен говорить «пожалуйста» ей. Только людям, которых ты знаешь».
Маленький сын: * к сожалению * «О … Извините, Миссис Леди-Мороженое. Я все еще могу заказать одно шоколадное мороженое?»
Мать: «Нет, не извиняйся!» Просто скажи, что хочешь, и не разговаривай с ней. В противном случае ты потеряешь хорошие манеры».
Маленький сын: «О, ладно … мне хотелось бы одно шоколадное мороженое и ничего больше».
Мать: «Нет, ты снова это сказал. Смотри, это не так сложно! Твои манеры ужасны!»
(Когда это происходит, я начинаю делать мороженое. Глаза мальчика медленно переходят от странных требований матери к мороженому, когда я делаю все больше и больше, добавляя дополнительный крем, ягоды, шоколад и все, что я могу придумать. Лицо меняется от смятения до улыбки, а потом и вовсе обвисшей челюсти благоговения. Конечный продукт почти такой же большой, как и его голова.)
Я: «Вот возьмите, молодой человек, вы самый вежливый клиент, которого я сегодня обслуживала, и вежливые клиенты всегда получают вознаграждение! Если бы таких клиентов было больше, разве мир не был бы лучше?»
Мать: «О, он не должен быть вежлив с людьми с минимальной зарплатой!»
Я: «игнорируя ее» — «Спасибо, молодой человек, за то, что вы сражались с силами грубости и за то, что сделали мир лучше!»
(Я отказываюсь от оплаты, потому что, по-видимому, деньги мальчика — это все его сбережения, мать штурмует его, хотя ее сын не замечает этого из-за своего огромного мороженого. На следующий день он и все его друзья приходят за мороженым Все они супер вежливы, поэтому все они получили сверхбольшие порции по цене обычного мороженного.)
Доброта и вежливость вообще не переоцениваются. Они недоиспользуются.