— Она точно придёт ко мне на праздник? — с тревогой уточнила Полина.
— Конечно, — кивнула я. — Все будут, не волнуйся.
На самом деле я лукавила. Я не знала, захочет ли прийти в гости золовка — наши отношения давно были натянутыми. Но посвящать в это восьмилетнего ребёнка в день её рождения я не собиралась.
К Полининому празднику я приготовила её любимый торт — медовые коржи, тонкие, ломкие, с карамельным ароматом. Я была уверена, что мама мужа, Тамара Ивановна, снова будет его расхваливать и просить рецепт, который я пересказывала ей уже не раз.
Вообще-то и муж, Андрей, и его мать приняли Полину сразу — без сомнений и оговорок.
Тамара Ивановна водила её в музеи, в сквер, на спектакли. Андрей учил её держаться на воде и ездить на велосипеде. Когда девочка разбила колено, он наклонялся и приговаривал:
— Пусть у щенка болит, у котёнка болит, а у нашей Полинки всё заживёт.
Они относились к ней как к своей.
А вот Инна… младшая сестра Андрея, всеобщая любимица, ухоженная красавица с фарфоровым лицом и вечно сжатыми губами, сразу обозначила дистанцию.
— У мамы есть настоящие внуки, — однажды холодно обронила она.
Ничего пояснять не потребовалось — смысл был очевиден.
Год назад она явилась на Полинин день рождения безо всяких подарков. Села за стол, ела торт, пила чай. Пока Полина разворачивала сюрпризы — краски от бабушки, конструктор от Андрея, книгу от моей мамы — Инна разглядывала свой тёмный маникюр.
— А от тёти Инны ничего нет? — наивно поинтересовалась Полина.
— Есть. Поздравления, — натянуто улыбнулась Инна.
Улыбка у неё была особенная: губы растягивались, а взгляд оставался ледяным, словно у фарфоровой статуэтки.
И вот настал день рождения Инниного сына, Максима. Я стояла у зеркала, подправляя помаду. Полина в новом платье крутилась рядом. Они с Максимом, который был младше на год, быстро подружились, и дочка ждала этого дня с нетерпением.
— Мам, а мы подарок взяли? — вдруг спохватилась она. — Мы же не забыли?
— Конечно нет, — мягко ответила я.
— Смотри, что я ему нарисовала! — она протянула мне акварельный рисунок.
— Очень красиво, — искренне сказала я.
Полина уже несколько лет занималась рисованием и рисовала лучше многих взрослых.
А у меня… признаться, давно было желание дать Инне почувствовать то же самое. И сегодняшний день идеально подходил. Но дочери об этом знать не стоило.
Иннина квартира в новом доме сияла стерильной белизной: стены, мебель, ковёр — всё будто стерли ластиком. Гостей было много — с десяток детей и почти столько же взрослых. Инна встретила нас в платье цвета морской волны, с безупречной укладкой.
— А, вы всё-таки пришли…
Она скользнула взглядом по моей юбке, по Полининому платью, по нашим пустым рукам. И уголки её губ дрогнули в знакомой холодной усмешке.
— Проходите.
Максим вертелся рядом с горой коробок — ярких, блестящих, перевязанных лентами.
— С праздником, Макс, — я наклонилась к нему. Он посмотрел на мои руки.
— А где подарок? — удивился он.
— Максим! — Инна дёрнулась, но замолчала.
Полина растерянно посмотрела на меня.
Я почувствовала, как сжалось сердце. Максим был ни в чём не виноват. Поняв, что подарка нет, Полина вздохнула и протянула ему свой рисунок.
— Держи.
— Вау… — прошептал мальчик. — Спасибо!
Инна позвала всех к столу.
Стол был заставлен деликатесами — лосось, дорогие сыры, нарезки. Дети ели, взрослые разговаривали, и через некоторое время Инна не выдержала:
— Странно, конечно, — сказала она подруге, но так, чтобы услышали все, — приходить на детский праздник без подарка.
Я откусила эклер.
— Да, странно, — кивнула я. — Кстати, ты ведь так же пришла к Полине в прошлом году.
Инна вспыхнула.
— Это другое! Она же… она вообще…
— Что? — Андрей поднял голову.
— Она нам никто! — выкрикнула Инна. — У мамы есть родные внуки! Почему я должна тратиться на чужого ребёнка?
В комнате повисла тишина.
— Инна, — тихо сказала Тамара Ивановна, — как тебе не совестно?
— Мне?! — закричала Инна. — Это им должно быть стыдно! Пришли, едят, а подарка нет!
— Хватит, — жёстко сказал Андрей.
Полина подошла ко мне.
— Мам, пойдём домой, — прошептала она.
Я достала из сумки коробку — набор динозавров, о котором Максим давно мечтал.
— С днём рождения, — сказала я. — Это от нас.
— Спасибо… — растерянно ответил он.
— Ты моя сестра, — вдруг сказал он Полине.
— А ты мой брат, — улыбнулась она.
— Ты специально?! — закричала Инна.
— Да, — спокойно ответила я. — Чтобы ты поняла. Но я никогда не стала бы делать больно ребёнку.
Мы ушли.
С тех пор наши отношения стали ещё холоднее. Зато дети продолжили дружить — а это, пожалуй, важнее всего.