— Лицо какое-то до боли знакомое, — тихо сказала Марина, провожая взглядом мужчину, который только что забрал стакан кофе с собой. — Никак не пойму, где я могла его видеть.
— Скорее всего, в больнице, — отозвалась Полина, не отрываясь от стойки. — Он ведь там работает.
— В больнице? Да ты что! Я по больницам почти не хожу. И вообще, откуда тебе известно, где он трудится? — удивилась Марина.
— Он к нам частенько заглядывает, можно сказать, постоянный клиент. А рядом, между прочим, больница. Так что вывод напрашивается сам собой. Учись, новичок! — Полина весело прищурилась.
— Ничего он не напрашивается, — возразила Марина, нахмурившись.
— Да ладно тебе! Всё как раз очевидно. Я раньше работала в киоске возле зоопарка, так к нам постоянно заходили сотрудники оттуда. Тут та же логика, — уверенно заявила Полина.
— Всё равно сомнительно, — Марина недоверчиво покачала головой.
— Ну хорошо, если тебе мало: он иногда приходит с коллегами, и они обсуждают какие-то сложные случаи из нейрохирургии. Теперь поверила, что он из больницы?
— Теперь, пожалуй, да, — признала Марина. Она на несколько секунд задумалась, а потом добавила уже тише: — А он, между прочим, очень даже симпатичный. И, кажется, не женат. Кольца на пальце я не заметила.
— Ой, подруга, не делай поспешных выводов. Хирурги часто не носят обручальные кольца — у них операции, стерильность и всё такое. Так что отсутствие кольца ещё ничего не доказывает. Особенно при такой внешности, — Полина махнула рукой. — Кстати, знала, что если у хирурга на руке даже крошечная ранка, его могут не допустить к операции?
— Нет, впервые слышу. А почему? Они же всё равно работают в перчатках. Какая разница, есть порез или нет?
Закончить разговор подруги не успели: в кафе разом вошло несколько посетителей, и девушкам пришлось заняться заказами.
Вообще Марина раньше и представить не могла, что ей придётся искать работу. Она ведь училась в институте, да ещё на дневном отделении, а там и без того хватало забот. Но жизнь, как обычно, внесла свои поправки. В какой-то момент ей вдруг показалось, что жить в общежитии — совсем не то, о чём она мечтала. Тогда она вместе с подругой сняла квартиру.
Поначалу всё казалось взрослым, самостоятельным и почти красивым. Но очень быстро выяснилось, что аренда, продукты, дорога и прочие мелочи съедают деньги с пугающей скоростью. Запасов не хватало, просить постоянно у родителей Марина не хотела, и ей пришлось срочно искать подработку. Ей ещё повезло, что её взяли именно в это кафе. А уж с напарницей и вовсе повезло: Полина оказалась не только опытной, но и доброй, весёлой, надёжной.
Постепенно Марина привыкла к новому ритму. Работа уже не казалась такой тяжёлой, руки сами запоминали, что и как делать, а постоянные клиенты стали почти знакомыми. Правда, от съёмной квартиры ей всё же пришлось отказаться. Марина вернулась в общежитие: было тесновато, шумно и не всегда удобно, зато теперь у неё начали оставаться хоть какие-то деньги. И ради этого стоило потерпеть.
А тот самый красивый незнакомец, которого Марина никак не могла вспомнить, действительно оказался врачом. Более того, он был нейрохирургом и человеком удивительно приятным. Он всегда здоровался первым, улыбался, мог пошутить, перекинуться парой слов, иногда приносил девушкам что-нибудь вкусное к чаю. Время от времени он оставлял милые мелочи — то шоколадку, то смешной брелок, то какой-нибудь пустяк, который почему-то поднимал настроение на весь день.
Марине всё чаще начинало казаться, что она ему небезразлична. И она, сама того не скрывая, отвечала тем же: улыбалась чуть дольше, чем нужно, старалась говорить мягче, запоминала, какой кофе он любит, и всякий раз готовила его особенно тщательно.
Полина только шипела ей на ухо:
— Если бы ты правда ему нравилась, он бы уже давно позвал тебя куда-нибудь.
Но Марина не хотела слушать такие слова. Она уже успела влюбиться — тихо, упрямо и совершенно безрассудно. Теперь она точно знала, в какой больнице он работает, примерно выучила его график и каждый раз ждала его появления у стойки. К Дню защитников Украины она даже подарила ему какую-то маленькую безделушку, а он потом поздравил её с 8 Марта.
Марина всё чаще ловила себя на одной и той же уверенной мысли: когда-нибудь они обязательно будут вместе.