— Три с половиной метра. Вы же в таких вещах лучше меня ориентируетесь.
Ткань оказалась итальянской не только по названию, но и по цене: 1040 грн за метр. Я быстро прикинула сумму в голове и поняла, что ориентируюсь просто прекрасно.
Мерки я сняла без лишних разговоров. Пока я возилась с сантиметром, Валерия Андреевна объясняла своей подруге, что у Сергея на работе всё, как обычно, держится на паре нормальных людей, а остальные только делают вид, что трудятся. Андрей стоял у кухонной двери и сиял так, словно его уже внесли в список этих самых незаменимых.
Когда они ушли, я сказала мужу прямо: платить 3600 грн за ткань из семейных денег я не собираюсь. И за работу возьму по обычной цене — 6000 грн за вечернее платье.
— Ты меня выставляешь в ужасном виде, — Андрей даже побелел. — Я человеку пообещал.
— Ты пообещал. Не я.
— Марина, ну один раз же. Для семьи стараюсь.
Он ушёл в комнату и так хлопнул дверью, что с крючка слетела моя сантиметровая лента. Я молча подняла её и снова закинула на шею. На пустой желудок ругаться у меня всё равно не получается, поэтому я сперва нажарила котлет.
Ужин прошёл в полной тишине. Зато в четверг Андрей явился домой с длинным узким чехлом в руках.
— Спиннинг, — буркнул он, избегая моего взгляда. — Японский. По скидке взял, за 7200 грн. Давно хотел.
На спиннинг 7200 грн у Андрея почему-то нашлись именно в четверг. А во вторник 1200 грн на сапоги дочери не нашлось, и он сказал, что она как-нибудь дотянет до зарплаты. Сапоги тогда купила я. И, как обычно, записала расход в тетрадь.
Ткань я всё-таки приобрела. Не потому, что уступила. Просто мне стало любопытно, чем закончится этот спектакль. Да и платье оттенка морской волны мне до сих пор никто не заказывал. Решила: сошью, а там будет видно.
В магазине продавщица отмерила три с половиной метра и поинтересовалась, к какому торжеству готовится наряд. Я ответила, что к чужому. Она понимающе усмехнулась и добавила сверху ещё десять сантиметров бесплатно. Хоть один человек в этой истории сделал что-то в мою пользу безвозмездно.
Две недели я сидела за машинкой по вечерам. Драпировку распарывала и переделывала трижды: Валерия Андреевна отправляла Андрею картинки из журналов, а он пересылал их мне с подписью: «Она хочет вот так». Только это «вот так» каждый вечер выглядело уже иначе.
— Марина, может, рукав всё же сделать подлиннее? — уточнял Андрей.
