— Да какой там приступ, Жанночка? — свекровь весело фыркнула и махнула рукой. — Я, слава богу, крепче многих молодых! Зато ты бы видела, как Денис сорвался с места. Примчался сразу, даже не раздумывал. Вот я этой вертихвостке и напомнила, кто в нашей семье на первом месте. Она-то решила, что увезет моего сына к морю бока подставлять? Не вышло. Денис сам показал, чьи просьбы для него важнее: родной матери или женушкины прихоти.
Дарья в тот вечер не стала ни спорить, ни устраивать сцен. Она молча поставила принесенный контейнер с бульоном на тумбу у входа, аккуратно прикрыла за собой дверь и ушла. И опять проглотила обиду. Ради Дениса, который тогда был совершенно уверен, что в последний момент успел спасти больную мать.
А год назад Наталья Сергеевна заглянула к ним на чай. Сидела, улыбалась, рассуждала о здоровье, а потом вдруг попросилась в ванную — якобы руки ополоснуть. Не прошло и минуты, как оттуда донесся приглушенный удар. Дарья насторожилась, подошла к полуоткрытой двери и увидела такую сцену, что на несколько секунд просто застыла.
На самом дне мусорного ведра лежала тяжелая баночка ее дорогущего лифтинг-крема. Сверху она была щедро прикрыта использованными ватными дисками, будто кто-то торопливо пытался спрятать улику.
— Наталья Сергеевна, что это было? — растерянно спросила Дарья, переводя взгляд с ведра на свекровь, которая с самым невозмутимым видом вытирала руки полотенцем. — Это же мой крем.
— Ой, Дарьюшка! — Наталья Сергеевна театрально прижала ладони к груди, даже не пытаясь изобразить смущение. — Ты представляешь, задела рукавом! Баночка у тебя стояла почти на краю, вот и улетела прямо вниз.
Дарья посмотрела на полку, потом на зеркало, затем на мусорное ведро, задвинутое глубоко под тумбу. Случайно попасть туда тяжелой банкой можно было разве что специально прицелившись, как в баскетболе.
— Впрочем, оно, может, и к лучшему, — бодро добавила свекровь, не дав невестке вставить ни слова, и уже направилась в коридор. — Поверь женщине с опытом: не нужны тебе все эти баночки для красоты. Одна химия. Поры забивает, кожу портит. Я читала, что от таких средств лицо потом висит, как печеное яблоко.
Она порылась в своей сумке и с торжественным видом извлекла яркий пластиковый прямоугольник.
— Вот что тебе действительно пригодится, — объявила Наталья Сергеевна и вложила карточку Дарье в ладонь. — Считай, это моя компенсация за крем.
На ладони оказался месячный абонемент в фитнес-клуб через дорогу.
— Спорт, Дарьюшка, спорт! — назидательно произнесла свекровь, выделяя каждое слово. — Красота должна начинаться не с мазилок, а с мышц. А ты после свадьбы расслабилась, совсем форму потеряла. Надо заниматься. Чтобы наш Денис по сторонам не заглядывался. Он у меня всегда любил женщин видных, стройных, подтянутых.
Тогда Дарья только вежливо улыбнулась, положила абонемент на тумбочку, а когда Наталья Сергеевна ушла, отправила этот пластиковый подарок туда же, куда полетел крем, — в мусорное ведро.
Каждый раз Дарья выбирала молчание. Она сглаживала острые углы, сохраняла внешнюю вежливость, держалась на расстоянии и не втягивала мужа в бесконечные разборки. Ей казалось, что так она бережет их семью. Но Наталья Сергеевна истолковала ее выдержку совсем иначе — как слабость и безответность.
И вот теперь, устроив за праздничным столом это показательное судилище, свекровь окончательно переступила черту. Дарья словно вынырнула из прошлого, оглядела притихших родственников и вдруг ясно поняла: этот спектакль пора закрывать. Причем сделать это нужно по тем же правилам, которые задала сама Наталья Сергеевна.
Дарья медленно вдохнула, подняла бокал и заговорила спокойно:
— Наталья Сергеевна… Как мудро вы это сказали. Так искренне, так глубоко. Знаете, я слушала вас и прямо чувствовала, как на душе становится светлее. Раз уж сегодня у нас такой особенный день — праздник честности, раскаяния и всеобщего очищения, — я тоже хочу поддержать вашу замечательную инициативу. И считаю правильным при всех присутствующих сказать, что я вас прощаю.
Денис дернул жену за край платья, пытаясь остановить, но Дарья сделала небольшой шаг в сторону. На лице Натальи Сергеевны дрогнула ее благостная улыбка. Такого поворота она явно не предусматривала. В ее сценарии Дарье не полагалось отвечать.
— Дарья, не надо… — тихо начал Денис, но она уже не собиралась отступать.