И прокладывал его человек, который к этой квартире не имел никакого отношения.
— Владимир, — Елена повернулась к мужу, — а ты что на это сказал?
— Сказал, что такой вариант даже рассматривать нельзя.
— Правда?
— Да. Мам, подтвердите.
Наталья Сергеевна с досадой махнула рукой, будто речь шла о пустяке.
— Он сразу встал в позу, словно я предложила ему кого-то обокрасть.
— А вы что предложили? — спокойно уточнила Елена.
— Помочь сестре!
— Моей квартирой.
— Опять начинаешь.
Елена коротко усмехнулась.
— Удивительно, да? Как только разговор касается моей квартиры, я почему-то всё время вспоминаю, что она моя.
Наталья Сергеевна резко отодвинула чашку в сторону.
— Я думала, ты рассуждаешь взрослее.
— В каком именно смысле?
— В самом обычном. У тебя есть дом. Просторный, хороший. Живёте вы там вдвоём. Детей нет. Квартира стоит пустая. А Полина вот-вот родит второго, и они ютятся в одной комнате. Неужели тебе самой не ясно, кому сейчас нужнее жильё?
Елена внимательно посмотрела на свекровь.
За почти семь лет она успела хорошо узнать Наталью Сергеевну. Та была энергичной, волевой женщиной и детей любила совершенно искренне. Именно из-за этой искренности с ней порой становилось особенно тяжело. Если Наталья Сергеевна решала, что поступает правильно, то грань между советом и приказом для неё исчезала почти мгновенно.
Раньше это касалось бытовых мелочей.
Что поставить на стол к семейному ужину.
Куда лучше поехать отдыхать.
Какой подарок выбрать Владимиру.
Елена обычно выслушивала без споров, кивала, а потом поступала так, как считала нужным.
Но теперь речь шла уже не о салате и не о путёвке. Свекровь попыталась распорядиться недвижимостью, которая стоила несколько миллионов гривен. Такое невозможно было просто пропустить мимо ушей.
— Значит, проблема Полины в том, что им тесно? — уточнила Елена.
— Именно.
— А вопрос денег на расширение должен решиться за счёт моей квартиры?
— Временно.
— При этом свою однокомнатную они продавать не будут?
— Разумеется. Зачем избавляться от имущества?
Елена тихо рассмеялась.
Не громко, но Наталья Сергеевна тут же нахмурилась.
— Что тебя развеселило?
— Сама формулировка.
— Какая ещё формулировка?
— «Зачем избавляться от имущества». Когда имущество принадлежит Полине, его нужно беречь. А когда имущество моё, его можно бесплатно занять на непонятный срок.
— Никто же не забирает у тебя квартиру!
— Пока не забирает.
— Да никто и не собирается.
— Пять минут назад вы объясняли Владимиру, что позже меня можно будет уговорить оформить её на племянников.
— Я сказала, что со временем об этом можно подумать!
— Вы уже обо всём подумали. Причём вместо меня.
Владимир снова сел за стол и тяжело выдохнул.
— Мам, ты правда перегнула.
Наталья Сергеевна резко посмотрела на сына.
— Ты это сейчас серьёзно?
— Более чем.
— Это твоя сестра.
— Именно поэтому ты могла попросить. Попросить, а не заранее распределять, кто и куда переедет, не спросив Елену.
— Я ничего не распределяла без согласия!
Елена чуть приподняла брови.
— А детскую кроватку вы где собирались поставить?
Свекровь на секунду осеклась.
— Это был просто разговор.
— О моём адресе.
— Хорошо! Да, я предложила вариант. Потому что вижу решение, которое лежит прямо на поверхности.
— А мне вы когда собирались об этом сказать?
— Владимир должен был с тобой поговорить.
Елена перевела взгляд на мужа.
— Когда?
— Сегодня вечером, — честно ответил он.
— И как именно?
Владимир помолчал, подбирая слова.
— Спросить, согласишься ли ты пустить Полину на несколько месяцев.
— Именно спросить?
— Да.
— Не поставить перед фактом, что всё уже решено?
— Нет.
Елена видела, что мужу неловко. И всё же злилась на него меньше, чем могла бы. По крайней мере, он не позволил матери окончательно превратить идею в готовый план.
Но один вопрос всё равно оставался.
— Почему ты не сказал мне сразу, как только мама это предложила?
Владимир провёл ладонью по краю стола.
— Хотел сначала понять, насколько она всерьёз.
— Что именно понять?
— Насколько сложная ситуация у Полины. Сначала я решил, что мама говорит о паре месяцев после родов. Потом услышал уже про годы и про оформление на детей. Вот с этого момента мы и спорим.
— Нужно было рассказать мне сразу.
— Да. Здесь я неправ.
Наталья Сергеевна громко выдохнула.
— Господи, Владимир, ты ведёшь себя так, будто совершил преступление. Родная сестра нуждается в помощи.
— Полина меня ни о чём не просила.
— Потому что я хотела сначала всё выяснить.
— Вот именно. Ты выясняла это у человека, которому квартира не принадлежит.
Свекровь резко повернулась к Елене.
— Ладно. Давай без ваших словесных выкрутасов. Тебе жалко пустить Полину?
— Да.
Ответ прозвучал настолько ровно, что Наталья Сергеевна несколько секунд просто молчала.
— И тебе даже не стыдно такое произносить?
— Нет.
— Женщина беременна, между прочим!
— Беременность не превращает чужую собственность в общую.
— Полина тебе не посторонний человек.
— Тем более странно, что она сама со мной не поговорила.
— Она думает, что мы пока решаем организационные моменты.
Елена замерла.
— То есть Полина уже знает?
Владимир резко посмотрел на мать.
— Ты ей сказала?
— Я сказала, что появился хороший вариант.
— Мам!
— Что опять?
— Я же просил ничего ей не обещать!
— Я и не обещала. Просто сказала, что, скорее всего, всё получится.
Елена медленно кивнула.
Теперь стало понятно, почему свекровь так уверенно рассуждала о комнатах и мебели. Полина уже ждала результата.
— Замечательно, — произнесла Елена. — То есть ещё до разговора со мной вы успели сообщить своей дочери, что моя квартира почти в её распоряжении.
— Я хотела её успокоить.
— За мой счёт.
— Да хватит уже всё сводить к расчётам!
— А почему хватит? Мы говорим о квартире, которую я покупала сама и за которую несколько лет платила. Здесь как раз уместно считать.
Наталья Сергеевна поднялась со стула.
— Вот оно что. Деньги для тебя важнее всего.
Елена не повысила голос.
— Наталья Сергеевна, оставьте эти надежды. Мою квартиру никто из вашей семьи не получит. Ни сейчас, ни через пять лет. И ключи я тоже никому не отдам.
Владимир посмотрел на жену, но вмешиваться не стал.
Свекровь побледнела от возмущения.
— Ты как со мной разговариваешь?
— Предельно ясно.
— Я мать твоего мужа!
— Это не даёт вам права распоряжаться моей недвижимостью.
— Какая же ты жадная.
— Возможно.
— Люди ребёнка ждут, а она вцепилась в квадратные метры.
Елена откинулась на спинку стула.
— Хорошо. Тогда у меня есть встречное предложение.
— Ещё какое?
— Отдайте Полине свою квартиру.
Наталья Сергеевна сначала даже не поняла.
— Что?
— У вас двухкомнатная квартира. Полина живёт в однокомнатной. Вы одна, а их скоро будет четверо. Переезжайте в квартиру Полины, а Полина с Дмитрием и детьми пусть живут у вас.
На кухне повисла тишина.
Владимир отвёл взгляд, явно сдерживая улыбку.
Наталья Сергеевна хлопнула ладонью по столу.
— Это ещё с какой стати я должна куда-то переезжать?
— Потому что Полине тесно.
— И что?
— Она ваша дочь.
— Я прекрасно знаю, кто она мне!
— Вы только что объясняли, что родственникам нужно помогать.
— Не надо передёргивать.
— В чём именно я передёргиваю?
— У меня своя квартира.
— У меня тоже.
— Я в своей всю жизнь прожила!
— А я свою купила сама.
— У меня там всё привычное. Магазины рядом, врачи, соседи, знакомые.
— Значит, вы имеете полное право там остаться.
— Конечно, имею!
Елена развела руками.
— Вот мы и пришли к общему выводу.
Наталья Сергеевна посмотрела на невестку с таким раздражением, будто та специально расставила ловушку и теперь наслаждалась результатом.
— Это совершенно разные вещи.
— Почему?
— Потому что ты сейчас в квартире на Садовой не живёшь.
— А вы сможете не жить в своей после переезда.
— Я никуда не поеду.
— Тогда почему я должна отдавать свою?
— Не отдавать! А пустить Полину пожить!
— На несколько месяцев, которые уже незаметно превратились в годы, а потом — в переоформление на племянников.
Свекровь отвернулась.
— Я всю жизнь работала ради своей квартиры. Не для того, чтобы теперь под старость лет переезжать непонятно куда.
Елена ответила сразу:
— Именно.
— Что именно?
— Именно поэтому я не собираюсь расставаться со своей.
На этот раз Наталья Сергеевна не нашла, что сказать.
Владимир поднялся из-за стола.
— Мам, всё. Закрываем эту тему.
— Что значит закрываем?
— Тему квартиры.
— Ты поддерживаешь жену?
— Да.
Ответ прозвучал коротко и твёрдо.
Свекровь повернулась к сыну.
— Против родной сестры?
— Здесь никто не выступает против Полины.
— Очень похоже.
— Полина взрослый человек. Дмитрий тоже взрослый. У них есть собственное жильё. Если им нужно больше места, они будут искать варианты.
— А Елена будет сдавать квартиру чужим людям?
— Если захочет — будет.
— И тебя это устраивает?
Владимир посмотрел на мать устало, но спокойно.
— Мам, Елена купила эту квартиру ещё до нашего знакомства. Я к ней не имею отношения. Почему ты решила, что я могу кому-то её обещать?
— Потому что вы муж и жена!
— И что?
— Что значит «и что»?
— Брак не делает всё её имущество моим.
Наталья Сергеевна схватила со стула сумку.
— Прекрасная у вас семья. Каждый сам за себя.
Елена ничего не ответила.
Спорить с такой фразой было бесполезно. Свекровь уже выбрала роль обиженной стороны, и любые слова только подлили бы масла в огонь.
Наталья Сергеевна вышла в прихожую.
Владимир пошёл следом.
— Мам, я отвезу тебя.
— Не нужно. Сама доберусь.
— Перестань.
— Я сказала, не надо!
Через минуту входная дверь громко хлопнула.
Владимир вернулся на кухню.
Елена всё ещё сидела там же, не двигаясь с места. Он остановился напротив неё, словно не решаясь сразу сесть.
— Ты на меня злишься?
— Да.
— Заслуженно.
— Почему ты молчал?
— Глупо получилось.
— Это я уже поняла.
Владимир сел.
— Мама позвонила три дня назад. Сначала сказала, что Полине после родов будет тяжело в однушке, и хорошо бы найти для неё временный вариант.
— И ты сразу вспомнил про мою квартиру?
— Нет. Это она сама сказала.
— А ты?
— Ответил, что могу только спросить тебя.
— Что было потом?
— Вчера она снова позвонила. Начала говорить, что Полине потом вообще незачем будет съезжать, если всем окажется удобно. Я сказал, что это бред. Сегодня она приехала и продолжила уже здесь.
Елена слушала внимательно, не перебивая.
— Почему ты не оборвал этот разговор сразу?
— Я пытался.
— Можно было сказать: «Мама, это квартира Елены, обсуждать нечего».
— Можно.
— Но вместо этого ты решил всё-таки обсудить со мной несколько месяцев.
— Да.
— Владимир, ты понимаешь, что поселить родственников на несколько месяцев гораздо проще, чем потом попросить их выехать?
— Понимаю.
— Особенно когда в семье появляется ребёнок.