И, заметно приободрившись, она первой направилась на кухню, будто уже была здесь хозяйкой. Не спрашивая разрешения, Валентина Павловна заняла самый удобный стул у стола и сразу принялась командовать. По её мнению, вещи моей дочери следовало немедленно сложить по коробкам, шкаф — освободить под наряды будущей жилички, а письменный стол с компьютером — отправить на лоджию, чтобы дорогой Алёне было где разминаться по утрам.
Именно тогда в прихожей прозвенел звонок. Антон почти подпрыгнул и кинулся открывать, явно решив, что это уже явилась его сестра. Но за дверью стояла наша соседка с площадки. Галина Викторовна в доме имела репутацию человека, который узнаёт новости раньше, чем они успевают случиться.
— Юлия, я на минутку, только квитанции забрать! Ой, а у вас, смотрю, собрание? — она с нескрываемым интересом вытянула шею, заглядывая в квартиру.
— Заходите, Галина Викторовна, вы как раз вовремя, — приветливо сказала я и пригласила её к столу. — У нас тут обсуждается важный семейный вопрос, связанный с жильём.
Валентина Павловна, которая обожала выступать перед свидетелями, тут же выпрямила спину и придала лицу выражение благородной мученицы. Такой шанс показать себя великодушной спасительницей она упустить не могла.
— Да вот, Галочка, у моей дочери сейчас тяжёлые времена, развод, нервы, сами понимаете, — заговорила свекровь громко, с тщательно разыгранной печалью. — Вот мы и решили поддержать её по-семейному. Пусть поживёт здесь, в свободной комнате. Квартира просторная, места хватит всем. Родные люди должны держаться друг друга.
Галина Викторовна удивлённо вскинула брови и перевела взгляд на меня.
— Вот это щедрость, конечно. Только квартира, насколько я помню, принадлежит Юлии? Она ведь купила её ещё до брака. Я прекрасно помню, как она здесь ремонт делала, своими руками всё приводила в порядок.
Лицо Валентины Павловны тут же изменилось. Почувствовав, что её красивую речь могут испортить фактами, она резко перешла в наступление.
— Ой, да что вы всё про бумаги! — отмахнулась она. — Мой сын здесь не первый год живёт, работает, всё по дому чинит, розетки меняет! Это уже общее семейное жильё. И вообще, Юлия замужняя женщина, ей положено считаться с мужем. А муж решил, что сестра будет жить здесь.
Антон, услышав материнскую поддержку, заметно расправил плечи и тоже решил продемонстрировать власть.
— Всё верно, Галина Викторовна, — заявил он с важным видом. — Я здесь главный мужчина. Моё слово в этом доме что-то значит. Юлия никуда не денется, порядок устанавливаю я.
Я медленно сделала глоток воды и аккуратно поставила стакан на стол. В повисшей тишине этот лёгкий звук прозвучал почти оглушительно.
— Главный мужчина, значит? — негромко уточнила я, посмотрев на мужа ледяным взглядом.