Он справлялся с задачами так уверенно, что вскоре заменил даже опытного сотрудника, неожиданно подавшего заявление об уходе.
Казалось, жизнь наконец начала складываться спокойно и правильно. Но именно тогда в родительский дом вернулась Полина — заплаканная, измученная, почти в истерике. Антон выставил её за дверь, как только узнал, что она беременна.
— Я не буду рожать от этого мерзавца! — захлёбывалась она слезами, когда родители осторожно предложили поговорить с Антоном и попытаться пробудить в нём хоть какую-то ответственность.
Потом Полина снова сорвалась:
— Это всё Валерия со своим Артёмом виноваты! Если бы не они, я бы тогда не ушла из дома и не вляпалась бы во всё это. У неё теперь всё прекрасно, а я… — договорить она не смогла и опять разрыдалась.
Несмотря на возражения мужа, Марина Сергеевна решила устроить для старшей дочери всё самым лучшим образом. Через знакомую она вышла на хорошего гинеколога. Та, услышав размер обещанного вознаграждения, заверила, что процедура пройдёт аккуратно, Полина почти ничего не почувствует, а потом быстро оставит эту историю в прошлом. Заодно врач посоветовала проверенного психолога, чтобы девочка пришла в себя и восстановилась после пережитого. Марина Сергеевна хваталась за эти слова как за спасение: всё наладится, главное — не паниковать.
Но вечером, накануне назначенной процедуры, на пороге внезапно появился Артём. Его, конечно, никто не звал, да он и не собирался спрашивать разрешения. Просто пришёл и спокойно произнёс:
— Мне надо поговорить с Полиной.
Марина Сергеевна с мужем растерянно переглянулись, однако зятя всё же впустили. Разговор проходил за закрытой дверью. Родители слышали только обрывки Полининых криков: чтобы он убирался, что его здесь не хватало, что это не его дело и что он идиот.
Потом неожиданно наступила тишина. Минут через пятнадцать Артём вышел, негромко попрощался и ушёл.
Полина лежала в своей комнате лицом к стене и на все попытки родителей заговорить отвечала молчанием. Марина Сергеевна не находила себе места: ей было жаль дочь, она нервничала и одновременно злилась на Артёма за его внезапное вмешательство.
А утром Полина ошеломила мать заявлением:
— Я оставляю ребёнка. — И тут же добавила уже знакомым тоном: — Это не обсуждается.
Встревоженная Марина Сергеевна сразу позвонила зятю. Она долго пыталась выяснить, что именно он наговорил Полине, почему та так резко передумала и понимает ли он, что остаться одной с ребёнком — почти безумие. Но Артём объясняться не стал и ответил только одной фразой: он хотел как лучше.