— Ту самую, которую они продали пять лет назад.
Спустя примерно час Мария уже сидела напротив Ольги в небольшой кофейне на углу. За окном стекали по стеклу последние капли дождя, внутри пахло кофе и тёплой выпечкой.
Ольга пришла не с пустыми руками. Она положила на стол тонкую папку и раскрыла её перед Марией.
Там были распечатанные банковские переводы, фрагменты переписки и старый договор.
Из документов складывалась совсем другая история.
Пять лет назад Андрей жил с женщиной по имени Татьяна. Официально они отношения не оформляли, но вместе вложили деньги в маленькую квартиру. Когда расстались, жильё продали. Только свою часть вырученных средств Татьяна получила не полностью: Андрей уговорил её временно оставить у него часть суммы, якобы для развития бизнеса.
Бизнес вскоре развалился.
А долг никуда не исчез.
— Почему она не пошла в суд? — тихо спросила Мария.
Ольга пожала плечами.
— Сначала он понемногу отдавал. Потом выплаты прекратились. А недавно предложил закрыть остаток машиной.
— Сколько он ей ещё должен?
— Примерно четыреста тысяч гривен.
Мария вдруг ощутила странную пустоту внутри. Не боль даже. Не злость. А какую-то ледяную ясность.
Теперь всё становилось на свои места.
Разговоры о свадебных подарках.
Конверты от гостей.
Его фраза про «возврат вложений».
Андрей планировал устроить пышное торжество, собрать деньги с гостей и за счёт этого погасить хотя бы часть давнего долга.
И всё это — прикрываясь её свадьбой.
— Он говорил Татьяне, что собирается жениться? — спросила Мария.
Ольга на секунду отвела глаза.
— Да. Говорил.
— И что именно?
— Что после свадьбы наконец сможет рассчитаться с ней полностью.
Мария коротко, безрадостно усмехнулась.
— То есть свадебными деньгами?
Ольга промолчала.
Ответ был очевиден и без слов.
Домой Мария пошла пешком. Дождь уже стих, но асфальт блестел, будто его покрыли стеклом. В лужах отражались окна многоэтажек, прохожие спешили с пакетами, где-то из пекарни тянуло свежим хлебом.
И вдруг она вспомнила день, когда семь лет назад впервые вошла в свою квартиру.
Пустые стены.
Одинокая лампочка на проводе.
Матрас, брошенный прямо на пол.
И ощущение огромного, почти детского счастья.
Тогда она была совсем одна.
Но почему-то чувствовала себя гораздо увереннее и спокойнее, чем теперь, когда рядом находился мужчина, который обещал стать её семьёй.
Андрей был дома.
Едва Мария вошла, он поднял голову.
— Где ты пропадала?
— Отменяла свадьбу.
Сначала он рассмеялся, решив, что она шутит. Но потом посмотрел внимательнее на её лицо — и улыбка исчезла.
— Что ты сказала?
— Я отказалась от ресторана.
— Ты сейчас серьёзно?
— Абсолютно.
— Мария, там же задаток!
— Часть суммы вернут.
— А остальное?
— Потеряем.
Андрей резко поднялся.
— Ты вообще понимаешь, что сделала?
— Понимаю.
— До свадьбы осталось две недели!
— Свадьбы не будет.
Он застыл, будто не расслышал.
— Что?
Мария молча достала из сумки копии бумаг, которые дала ей Ольга, и положила их на кухонный стол.
Лицо Андрея заметно побледнело.
— Откуда это у тебя?
— Разве это важно?
— Ты встречалась с Татьяной?
— Нет.
— Тогда с кем?
— Какая разница, Андрей?
Он прошёлся по кухне, нервно сжимая пальцы.
— Я могу всё объяснить.
— Объясняй.
— Это давняя история. Старый долг.
— Я уже поняла.
— Тогда зачем ты устраиваешь этот цирк?
Мария даже на мгновение растерялась.
— Цирк?
— Я собирался вернуть деньги. Да, после свадьбы. И что такого? Эти деньги всё равно были бы общими.
— Общими?
— Ну конечно.
— То есть мои накопления — общие, свадебные конверты — тоже общие, а твой долг почему-то становится только твоим, когда о нём спрашивают?
— Не перекручивай.
— Хорошо. Тогда скажи прямо: твой долг тоже должен был стать нашим?
Андрей ничего не ответил.
— Почему ты не сказал мне об этом до предложения? — продолжила Мария.
— Потому что знал, как ты отреагируешь.
— Нет, Андрей. Ты молчал, потому что хотел, чтобы я сначала вложилась. В ресторан. В подготовку. В твою красивую схему.
Он раздражённо поморщился.
— Господи, опять ты со своими копейками!
И тут Мария неожиданно рассмеялась. Тихо, коротко, почти устало.
— Копейками?
Она подошла к окну и посмотрела на мокрый двор.
— Знаешь, что пугает меня сейчас сильнее всего? Даже не сам долг.
— И что же?
— То, что ты правда считаешь мои деньги своими.
— Мы собирались стать мужем и женой!
— Нет. Это ты собирался жениться. А я, как выяснилось, должна была оплачивать последствия твоих решений.
Андрей махнул рукой, уже не скрывая раздражения.
— Ладно. Не хочешь банкета — не надо. Просто распишемся.
— Нет.
— Что значит «нет»?
— Значит, не распишемся.
Он долго смотрел на неё молча. Потом выражение его лица изменилось. Исчезла привычная мягкость, на её месте появилось что-то холодное и неприятное.
— Ты правда готова разрушить отношения из-за денег?
— Не из-за денег.
— А из-за чего тогда?
Мария встретила его взгляд.
— Из-за лжи.
Андрей усмехнулся.
— Отлично. Тогда верни кольцо.
Мария без паузы сняла кольцо с пальца и положила перед ним на стол.
— Забирай.
Он явно не ожидал такой реакции.
— И собери свои вещи, — добавила она.
— Что?
— Квартира моя.
— Мария, ты сейчас на эмоциях.
— Нет.
Она вышла в прихожую, открыла шкаф и достала его чемодан.
— Как раз сейчас я впервые за последние месяцы совершенно спокойна.
Андрей собирался почти час. Сначала кричал. Потом пытался уговаривать. Потом уверял, что она ещё пожалеет. Когда чемодан наконец был застёгнут, он остановился у двери и процедил:
— В тридцать восемь лет такими мужчинами не разбрасываются.
Мария распахнула дверь.
— Какими именно?
— Нормальными.
Она посмотрела на него и вдруг вспомнила его вчерашние слова.
«Каждому своё».
— Вот именно, Андрей. Каждому своё. Тебе — твои долги. Мне — моя квартира.
И закрыла за ним дверь.
Но на этом всё не закончилось.
Через три дня приехала Ирина Сергеевна.
Без предупреждения.
Она стояла на лестничной площадке в дорогом пальто, с безупречной укладкой и с выражением лица человека, который явился восстанавливать справедливость.