— Я уже всё прикинула, — бодро сообщила Алёна и с таким стуком поставила на стеклянный столик свою тяжёлую брендовую сумку, что чашки едва не подпрыгнули. — Если подать объявление о продаже уже на следующей неделе, к середине осени спокойно выйдем на сделку. Рынок сейчас удачный, цены хорошие. Моей половины как раз хватит, чтобы купить Полине приличную студию. А вы оформите ипотеку. Или переезжайте к маме в дом, раз вам так нравится возиться с огородами.
Вера застыла возле плиты, держа в руках заварник. От горячего пара лицо приятно согревало, но внутри будто разом потянуло холодом. Не от слов даже, а от той бесцеремонности, с какой они были произнесены. Она медленно обернулась и взглянула на мужа.
Андрей сидел напротив сестры, крепко сцепив пальцы. Лицо у него было спокойным, почти каменным, только на скулах чуть заметно заходили желваки. Он умел сдерживаться. В отличие от Алёны, которая всегда говорила громко, резко и привыкла заходить в чужую жизнь так, словно ей там заранее оставили ключи.
Появилась она у них всего полчаса назад. Без звонка, без предупреждения — просто нажала на домофон и поставила всех перед фактом. В прихожей скинула дорогие туфли, прошла на кухню так уверенно, будто была хозяйкой квартиры, придирчиво осмотрела свежий ремонт и уселась за стол. Ей, разумеется, должны были подать чай. Родная сестра Андрея всегда была уверена: если ей чего-то захотелось, остальные обязаны немедленно подстроиться.
— Алёна, ты вообще понимаешь, что говоришь? — ровным голосом спросил Андрей, не отводя от неё взгляда. — С какой причины мы должны продавать эту квартиру?
— Андрюша, только не начинай свои лекции о морали, — раздражённо махнула рукой сестра и достала из сумки телефон в блестящем чехле. — Мы все взрослые люди. Мама уже третий год живёт в своём доме за городом и возвращаться сюда не собирается. Ей там прекрасно: воздух, огород, соседки, тишина. Она мне сама по телефону сказала, что в город её больше не тянет. Значит, трёхкомнатная квартира фактически простаивает. Вы тут просто устроились и живёте. А мне сейчас нужны деньги. Полина поступает в университет, ей нужно отдельное жильё. Не станет же девочка скитаться по съёмным комнатам. Поэтому всё логично: продаём квартиру, делим деньги поровну, как дети одной матери, и каждый решает свои вопросы. Честно и без драм.
Вера поставила заварник на подставку и молча стала разливать по чашкам душистый травяной чай. Её поражало даже не само требование, а лёгкость, с которой Алёна распоряжалась чужим домом, чужими усилиями и чужим будущим.
За фразой «мама живёт в своём доме» стояла огромная работа, о которой Алёна предпочитала не вспоминать. Три года назад Наталья Сергеевна начала всё чаще жаловаться на самочувствие и на городскую духоту. У неё действительно был старый участок с покосившимся летним домиком, куда она выбиралась только в тёплый сезон. Но именно Вера с Андреем тогда решили, что этот полуразвалившийся домик можно превратить в нормальное жильё, где пожилому человеку будет удобно круглый год.
Они вложили туда почти всё, что копили несколько лет. Андрей брал отпуск за свой счёт, чтобы лично следить за рабочими. Сам настилал полы, занимался утеплением крыши, проводил воду, разбирался с отоплением. Вера каждые выходные ездила по строительным базам, выбирала безопасные материалы, покупала посуду, текстиль, мелочи для быта — всё, чтобы Наталье Сергеевне было тепло, спокойно и уютно даже зимой. Они привезли хорошую мебель, поставили современный котёл, полностью привели в порядок двор и выложили дорожки ровной плиткой, чтобы свекровь не спотыкалась на неровной земле.
Алёна тогда не вложила ни гривны. Когда Андрей просил хотя бы немного поучаствовать деньгами, сестра неизменно отказывалась. То у неё репетиторы для дочери, то нужно отложить на поездку к морю, то вообще «это была ваша идея, сами и занимайтесь». За всё время ремонта она ни разу не приехала на участок — даже просто подержать лестницу, привезти воды рабочим или приготовить обед.
Зато теперь, когда Наталья Сергеевна спокойно жила в тёплом, удобном доме, а городскую квартиру фактически оставила сыну с невесткой, Алёна внезапно решила, что пришёл идеальный момент делить имущество.
— Чай, — коротко произнесла Вера и подвинула чашку к золовке.
— Ой, а зелёного нет? Травяной я не пью, у меня от него давление падает, — недовольно поморщилась Алёна, даже не взглянув на невестку.
— Будешь пить этот. Зелёного нет, — спокойно сказал Андрей. — А теперь давай вернёмся к твоему грандиозному плану.