Елена сидела в душном коридоре районной поликлиники на неудобной жесткой банкетке и пустым взглядом рассматривала плакат о профилактических осмотрах. Очередь к терапевту почти не двигалась. Самый обычный вторник, серая бытовая пауза между работой, домом и бесконечными делами.
Именно в этот момент рядом с ней тяжело опустилась Вера — жена давнего знакомого ее мужа. Женщина из тех, кто чувствует чужие тайны за километр и питается ими с таким же аппетитом, с каким другие пьют утренний кофе.
— Елена, привет! Смотрю — ты или не ты? — протянула Вера и тут же наклонилась так близко, что Елену окутало густое облако сладких духов. Не дав ей даже ответить, Вера бесцеремонно ухватила ее за левое запястье.
Елена дернулась от неожиданности и попыталась отнять руку, но хватка у Веры оказалась цепкой. Та заговорщически выпучила глаза и зашептала так громко, что, кажется, ее слышали даже у стойки регистратуры.
— Ну не мучай, покажи уже! Мой Сергей вчера домой пришел с глазами по пять копеек. Говорит, твой Дмитрий в курилке рассказывал, будто ты ему всю душу вынула, пока он тебе это золото не купил. Дай хоть посмотреть на браслет за сорок тысяч гривен, из-за которого мужик без выходных вкалывает! А то мой мне только букет на восьмое марта приносит. Может, мне тоже пора скандалы закатывать?
Елена опустила взгляд на свою руку. На запястье были лишь простые часы на потертой кожаной полоске. Где-то внутри неприятно кольнуло, будто под ребро вошла тонкая ледяная игла. Но на лице не дрогнул ни один мускул.
— Вера, ну кто же такую вещь в поликлинику надевает? — ответила она ровным голосом, слегка усмехнувшись, словно вопрос был наивным. Аккуратно, но твердо она освободила руку. — Дома лежит. Берегу. Вдруг в темном переулке сорвут. Дмитрий ведь, сама понимаешь, так старался, столько работал.
Вера разочарованно щелкнула языком, явно надеясь на зрелище. Но в ту же секунду электронное табло высветило ее номер, и она, махнув рукой, поспешила к кабинету.
Елена осталась на месте. Разговор, короткий и нелепый, выбил ее из равновесия куда сильнее, чем она хотела себе признаться. «Значит, Дмитрий хвастается подарками для меня, которых я в глаза не видела?» — мысль была настолько странной, что сначала даже не укладывалась в голове.
Последние полгода их семейная жизнь шла под знаком жесткой экономии. Дмитрий каждый вечер возвращался с работы с выражением человека, на которого взвалили все несчастья мира, и начинал привычную лекцию: кризис, урезанные премии, нервный начальник, поставщики, цены, долги, неопределенность.
— Придется затянуть пояса, Елена. Сейчас всем тяжело, — вздыхал он, накладывая себе в тарелку добавку гуляша.
И Елена затягивала. Отказалась от нормального кофе, перестала ходить на платный массаж для спины, выискивала скидки, считала покупки в супермаркете, передвигала расходы так, будто латала дырявое одеяло семейного бюджета.
А теперь выяснялось, что ее уставший и вечно страдающий муж рассказывает коллегам байки о жадной жене, которая якобы вытрясла из него дорогой золотой браслет. Зачем? Чтобы выглядеть перед мужчинами щедрым добытчиком? Чтобы купить себе репутацию широкого жеста дешевым враньем? Версия казалась разумной, но сумма не давала покоя. Сорок тысяч гривен — слишком конкретная цифра. Мужчины редко выдумывают такие подробности из воздуха.
Ответ пришел уже на следующий день — буднично, почти случайно. Возвращаясь с работы, Елена по привычке заглянула в почтовый ящик. Среди пестрых листовок с рекламой пиццы и скидок лежал строгий банковский конверт на имя Дмитрия. Обычно она не рылась в его вещах, не проверяла карманы и никогда не вскрывала чужие письма. Но в этот раз внутренний голос взвыл тревожной сиреной.
Она аккуратно надорвала плотную бумагу.
В конверте лежал распечатанный график платежей по потребительскому кредиту. Сумма — 48 000 грн. Дата оформления — ровно месяц назад. Тот самый выдуманный браслет, о котором говорила Вера, оценивался почти в такую же сумму.
Вечером Дмитрий пришел поздно. Бросил портфель в прихожей, устало прошаркал на кухню и опустился на стул.
— Устал, как собака, — сообщил он привычным тоном, целуя Елену куда-то возле уха. — Опять поставщики подвели, шеф весь день зверствовал.
Елена молча поставила перед ним тарелку. Решение созрело быстро: нужно было бросить приманку и посмотреть, как он начнет выкручиваться.
— Дмитрий, я совсем забыла тебе кое-что сказать, — начала она нарочито спокойно.