Но в ту же секунду стеклянные двери бизнес-центра разъехались в стороны, и Дмитрий появился на крыльце. Только вышел он не один.
С ним рядом шагала женщина. Никакой роковой красавицей она не была: самая обычная, чуть измотанная, с усталым лицом, около сорока. Елена сразу вспомнила ее по фотографиям с корпоративов — Ольга из отдела логистики, та самая, которая недавно тяжело пережила развод.
Они не висли друг на друге, не целовались у входа, не демонстрировали бурную страсть. Но Дмитрий держал ее за талию с таким мягким, хозяйским покровительством, что слов уже не требовалось. Возле этой растерянной, одинокой Ольги он явно играл роль надежной стены. Сильного мужчины, который все решит, всех спасет и вернет краски в чужую серую жизнь.
Ольга засмеялась над чем-то, что сказал Дмитрий, и, убирая с лица выбившуюся прядь, подняла руку. На запястье вспыхнул тяжелый золотой блеск. В лучах вечернего солнца браслет сверкнул так отчетливо, что Елене даже не пришлось сомневаться. Тот самый «Бисмарк». Расстояние между ними было совсем небольшим — метра три, не больше, — и украшение она рассмотрела прекрасно.
Выйти сейчас? Подойти, устроить разборку прямо у входа, на глазах у охраны и офисных курильщиков? Нет. Не сейчас. Разговор состоится дома. И совсем на других условиях.
Елена молча завела машину. Теперь пазл сложился окончательно. Дмитрий не просто завел роман на стороне. Он оплатил себе восторженный взгляд другой женщины, купил ощущение собственной значимости и сделал это за счет кредита, который, будучи оформленным в браке, автоматически ложился на семейный бюджет.
«Нет уж, милый, — холодно подумала она, аккуратно выезжая на проспект. — За такие спектакли придется расплачиваться».
В субботу Елена превратилась в образцовую хозяйку. Никаких истерик, никаких намеков, ни одного лишнего слова. Она приготовила ужин — без изысков, но щедрый и домашний: запеченная курица, картофель, несколько салатов, нарезка. А в гости позвала Веру с мужем Сергеем, сослуживцем Дмитрия. Повод выглядел совершенно невинно: давно не собирались, пора бы посидеть по-человечески, поболтать.
Дмитрий сиял. Он был расслаблен, доволен собой, подливал Сергею коньяк и рассказывал какие-то офисные истории, изображая душу компании.
— Вера, кстати, я вспомнила, — Елена улыбнулась так широко и приветливо, что даже сама себе показалась почти ласковой. — Ты ведь тогда в поликлинике просила показать браслет. Ну тот, который Дмитрий мне купил за сорок тысяч гривен. Помнишь?
За столом мгновенно стало тихо. Тишина упала тяжелая, густая, неприятная.
— Димочка, будь добр, — Елена повернулась к мужу. Его лицо на глазах тускнело, словно из него вымывали кровь, оставляя сероватый оттенок старой бумаги. — Принеси браслет, пожалуйста. А то люди, наверное, и правда думают, что я из тебя жилы тяну: требую золото, устраиваю сцены, пока ты бедный на работе надрываешься и берешь кредиты под двадцать пять процентов.
Дмитрий дернулся, будто его ударили под дых. Он сглотнул; кадык резко прыгнул на шее.
— Лен, ты вообще что говоришь? — он попытался усмехнуться, но звук вышел сухой и жалкий. — Какие еще кредиты?.. Вера, не обращай внимания, она просто…
— Я совершенно спокойна, — перебила Елена ровным голосом.
Она достала из кармана домашних брюк сложенный вчетверо лист и маленькую картонную бирку. Не спеша положила их на середину стола — между салатницей и блюдом с нарезкой.
— Вот график платежей на сорок восемь тысяч гривен. А это бирка от того самого браслета, который сейчас красуется на руке у Ольги из логистики. Я видела его на ней. И тебя рядом с ней тоже видела.
Вера едва слышно ахнула. Сергей опустил взгляд в тарелку и застыл, явно мечтая раствориться в воздухе, провалиться под пол или хотя бы слиться с узором на обоях.
— Обидно только одно, — продолжила Елена, отчетливо выговаривая каждое слово. — За подарки твоей любовнице теперь придется платить из нашей семьи. Скажи, Роман, ты в курилке друзьям тоже рассказывал, какая я жадная мегера? Что выжимаю из тебя деньги и заставляю брать займы? Так легче было чувствовать себя порядочным человеком? Приятно быть героем-любовником, особенно когда роман оплачен в рассрочку?
— Лен, мы, наверное, пойдем, — Сергей резко поднялся, едва не зацепив стулом стол. Он схватил Веру за рукав. — Нам это… собаку надо вывести.
Вера вскочила следом, пробормотала что-то невнятное, и уже через минуту за ними закрылась входная дверь.
В квартире остались только они двое и накрытый стол, на котором нетронутая еда теперь выглядела почти издевательски.
— Елена… — Дмитрий наконец поднял на нее глаза. От прежней самоуверенности не осталось ничего. Он сменил защиту на жалкое раскаяние. — Все не так, как ты решила. Это ошибка. Глупость. Минутная слабость, клянусь. Я просто… — начал он, но слова застряли у него на полпути.