— Вы это сейчас всерьез? — негромко, но предельно ясно спросила Полина. — Мы никого сюда подселять не собирались. Маленькая комната должна была стать моим кабинетом. Мне необходимо нормальное место для отчетов, документов и работы.
— Перебьешься со своим ноутбуком где-нибудь на кухне, — свекровь недовольно поджала губы, словно само возражение невестки показалось ей верхом наглости. — Тоже мне, барыня нашлась: отдельную комнату ей под бумажки подавай. Я мать. Я сына подняла, выучила, ночами из-за него не спала. И уж на старости лет имею право пожить не в тесноте, а по-человечески — рядом со своим единственным ребенком.
— Мама правильно говорит, — неожиданно резко вмешался Денис. Он отодвинул тарелку, выпрямился и заговорил громче, чем требовалось. — Хватит устраивать сцены при людях и демонстрировать характер. Мы с мамой этот вопрос уже обсудили. Решение принято. Так будет лучше для всех, для семьи.
— Вы приняли решение? — Полина повернулась к мужу и посмотрела ему прямо в лицо. В груди поднималась не горячая истерика, а ледяное, отчетливое бешенство. — То есть без меня вы распорядились моей квартирой, за которую я платила семь лет?
— Моя мать здесь хозяйка! — рявкнул Денис так, что на столе тонко звякнула посуда, а тетка испуганно втянула воздух. — Она жизнь прожила и получше тебя понимает, как дом вести и как нормальная семья должна жить. А ты пока только нос задирать научилась да права качать там, где их никто не нарушал. Пора уже запомнить: раз вышла замуж, значит, твое стало общим. И командовать здесь будешь не ты, а люди постарше.
Свекровь тут же расплылась в торжествующей улыбке. Она смотрела на Полину с таким видом, будто только что отвоевала последний клочок спорной земли. Тетка и дядя обменялись многозначительным взглядом: по их лицам было видно, что они полностью одобряют происходящее. Наконец-то, мол, мужчина поставил своевольную жену на место.
Полина ничего не ответила. Она медленно поднялась из-за стола. В ее спокойствии было что-то настолько непривычное, что даже Денис на секунду нахмурился. Не спеша, без резких движений, она подошла к комоду у стены, выдвинула верхний ящик и вынула плотную синюю папку с прозрачными файлами внутри. Затем вернулась и аккуратно положила ее перед мужем.
— Открой первую страницу, — сказала она ровным голосом, в котором не осталось ни обиды, ни страха. — И прочитай вслух, кто указан собственником.
— Да перестань ты со своими бумажками, — проворчал Денис, но к папке не притронулся и отвел глаза. — Нашла момент канцелярщину разводить. Семья держится на доверии, а не на выписках из реестра. Может, ты еще за каждую морковку чеки предъявлять начнешь?
— Читай, Денис, — повторила Полина чуть громче, чтобы ее услышали все за столом. — Там ясно написано: единственный владелец этой двухкомнатной квартиры — Полина Сергеевна. Квартира куплена до брака. Кредит закрыт моими личными средствами. Ты здесь не зарегистрирован, в ремонт не вложил ни одной гривны и не имеешь права распоряжаться даже гвоздем в плинтусе.
Лицо свекрови пошло неровными красными пятнами. Подбородок у нее задрожал от возмущения, а глаза налились обидой.
— Да как ты смеешь так разговаривать с мужем при родне, бессовестная? — взвизгнула она, всплеснув руками. — Мы к ней по-доброму, с душой, праздник семейный отметить пришли, а она нас законами тычет и куском попрекать вздумала! Денисочка, ты только посмотри, кого пригрел. Змею настоящую. Она тебя ни во что не ставит! В этом доме твое мужское слово, выходит, вообще ничего не значит!
— Я не попрекаю, — спокойно ответила Полина, не отводя взгляда от свекрови. — Я называю факты. Чужих штор здесь не будет. Ковров — тоже. И никаких переездов без моего согласия. Это мой дом. Хозяйка здесь я. И правила в этой квартире устанавливаю тоже я.
— Вот оно как? — Денис резко вскочил, зацепив стул так, что тот с грохотом упал на ламинат. — Значит, моя мать для тебя никто? Пустое место? Если она тебе не хозяйка и не указ, тогда моей ноги в твоей конуре больше не будет! Выбирай прямо сейчас: либо просишь у мамы прощения, отдаешь ей комплект ключей и соглашаешься, что она переезжает, либо я собираю вещи и ухожу вместе с ней. Не думай, что ты меня своими квадратными метрами напугала. Очень надо мне перед тобой на задних лапах прыгать!
За столом мгновенно стало тихо. Все сидящие застыли, будто заранее ждали от Полины той реакции, к которой привыкли в подобных семейных спектаклях.