— То есть как это — «ну и»? — наконец выдохнула она.
— Мария, мы же не последние деньги на это потратили, — спокойно сказал Дмитрий.
— Мы? — она чуть заметно приподняла брови.
Дмитрий отвёл глаза в сторону.
И в этот момент Мария окончательно поняла: он даже не помнил, что все покупки, все заказы, все мелочи для прошлогоднего праздника оплачивала именно она.
— Ладно, — произнесла она почти шёпотом. — В субботу, значит, будет юбилей.
Муж сразу расслабился, будто вопрос был решён.
— Вот и хорошо. А ты с порога начала раздувать проблему.
— Я ничего не раздуваю.
— Ну и прекрасно.
Он направился к холодильнику и, не оборачиваясь, спросил:
— А суп где?
Мария смотрела на его спину и вдруг поймала себя на странном чувстве. Впервые за десять лет это была не обида. Не злость. Даже не усталость.
Это было любопытство.
Ей стало по-настоящему интересно, до какой границы способны дойти люди, если однажды перестать их останавливать и молча подставлять плечо.
На следующий день Ольга Сергеевна прислала сообщение.
Там был список.
Такой длинный, что он почти не помещался на экране телефона.
Свинина — семь килограммов.
Курица.
Красная рыба.
Овощи.
Сырная нарезка.
Колбаса.
Фрукты.
Напитки.
Зелень.
Картошка.
Икра.
Торт.
А в самом конце, после всего перечисленного, стояла ласковая приписка:
«Машенька, хлеб тоже возьми. И салфетки купи понаряднее, всё-таки праздник».
Мария перечитала это один раз. Потом второй.
После чего молча села за ноутбук.
Почти двадцать лет она работала бухгалтером, и за это время у неё выработалась привычка, над которой Дмитрий частенько посмеивался: Мария фиксировала траты.
Не выборочно. Почти все.
Она открыла файл с простым названием «Дом».
Там были записи за последние четыре года.
Продукты для семейных застолий.
Ремонт беседки.
Газ.
Электроэнергия.
Новая мебель для сада после того, как племянник Дмитрия сломал сразу два кресла.
Химчистка ковров.
Замена москитной двери.
Побитая посуда.
Мясо.
Рыба.
Напитки.
Торты.
Когда таблица посчитала итог, Мария ещё долго не отводила взгляд от экрана.
Получалось почти сто шестьдесят тысяч гривен.
И это не считая самой дачи.
Она сделала снимок экрана и отправила Дмитрию.
Минут через десять телефон зазвонил.
— Это что такое? — без приветствия спросил он.
— Расходы на ваши семейные сборы за четыре года.
— Ты серьёзно всё это записывала?
— Да.
— Маш, это уже как-то ненормально.
— Что именно?
— Нормальные люди не считают деньги, которые тратят на родных.
— Прекрасно. Тогда в субботу твои родные смогут показать мне, как поступают нормальные люди.
— В каком смысле?
— В прямом. Пусть сами оплатят юбилей.
Дмитрий на несколько секунд замолчал.
— Ты сейчас из-за каких-то денег хочешь выставить моих родителей посмешищем?
— Нет. Я просто больше не хочу оплачивать им отдых.
— Мария…
— Я всё сказала.
Она завершила звонок.
Через пару минут пришло сообщение от Ольги Сергеевны:
«Дмитрий сказал, ты опять копейки считаешь. Не опускайся до этого, Машенька. Семья важнее денег».
Мария посмотрела на экран и ответила коротко:
«Полностью согласна».
В пятницу дом действительно изменился.
Только вовсе не так, как ожидали родственники Дмитрия.
Мария ничего не закупала.
Мясо не мариновала.
Овощи не отваривала.
Салаты не резала.
Бокалы до блеска не натирала.
Зато с утра приехал фотограф.
Следом — молодая пара.
Потом ещё одна семья.
Мария спокойно водила людей по дому и показывала комнаты.
— Здесь кухня. Отопление автономное. Скважина новая. Участок двенадцать соток. В саду яблони, две груши, черешня…
— А почему продаёте такую красоту? — поинтересовалась женщина примерно сорока лет.
Мария остановилась у окна и на мгновение посмотрела в сад.
— Обстоятельства изменились.
Вечером Дмитрий случайно наткнулся на объявление.
Он влетел на кухню так резко, будто в доме случился пожар. В руке у него был телефон.
— Ты что вытворяешь?!
Мария сидела за столом и спокойно пила чай.
— О чём ты?
— Ты дом продаёшь?!
— Да.
— Ты с ума сошла?
— Нет.
— Почему ты не обсудила это со мной?!
Мария медленно поставила чашку на блюдце.
— Забавный вопрос.
Дмитрий осёкся.
— Это другое.
— Разумеется.
— Мы сюда десять лет ездим!
— Ты ездишь. Твои родственники ездят. А оплачиваю, убираю, чиню и обслуживаю всё это я.
— Я тоже сюда вкладывался!
— Хорошо. Сколько?
— Что значит — сколько?
— Конкретно. Сумму назови.
— Я… Я тут много чего делал.
— Например?
Дмитрий заметно покраснел.
— Беседку помогал собирать.
— Беседку купила я. Собирали её рабочие. Ты приехал вечером и прикрутил две доски.
— Ну, знаешь ли…
— Знаю.
Он молчал несколько секунд, потом спросил уже тише:
— Мама в курсе?
— Пока нет.
— У отца завтра юбилей!
— Я помню.
— Ты специально это устроила?!
— Нет. Объявление я давно собиралась разместить.
Это было не совсем правдой.
До разговора с Ольгой Сергеевной Мария только обдумывала продажу. Теперь же она окончательно приняла решение.
— Убери объявление хотя бы до понедельника, — потребовал Дмитрий.
— Зачем?
— Чтобы завтра никто ничего не узнал.
— А почему они не должны узнать?
Дмитрий посмотрел на неё так, словно впервые видел женщину, с которой прожил десять лет.
— Ты хочешь устроить скандал.
— Дмитрий, я завтра вообще ничего устраивать не собираюсь.
— А юбилей?
— Это юбилей твоего отца. Вот вы его и организовывайте.
— Где?!
Мария обвела взглядом кухню, веранду, двор за окном.
— Вот это, кстати, хороший вопрос.
В субботу около одиннадцати утра у ворот остановилась первая машина.
Мария сидела на веранде с чашкой кофе и раскрытой книгой.
Из автомобиля вышла Кристина, сестра Дмитрия. В одной руке она несла небольшой пластиковый контейнер.
— Привет! — весело сказала она. — Я салатик привезла.
Мария посмотрела на коробочку.
— Какой?
— Крабовый.
— На пятнадцать человек?
Кристина рассмеялась, будто услышала удачную шутку.
— Ну так каждый же что-нибудь принесёт.
Почти сразу за ней подъехали Ольга Сергеевна с Андреем Николаевичем.
Ольга Сергеевна выбралась из машины в нарядном платье и первым делом начала оглядываться.