Когда за последним посетителем тихо щёлкнула входная дверь, Полина наконец выдохнула и перевернула табличку на стекле: вместо «Открыто» теперь было «Закрыто». Вечер в книжном магазине, где она работала после уроков в девятом классе, оказался таким беспокойным, что силы будто вытянули до последней капли.
Несколько часов подряд ей приходилось метаться между полками и подсобкой: принять привезённые коробки с новыми книгами, расставить издания по разделам, подсказать покупателям, где лежит нужный роман или сборник задач, отнести к кассе отложенные заказы. Ноги ныли так, словно она не смену отстояла, а пробежала длинную дистанцию. В голове от усталости стоял мутный шум, а перед глазами всё ещё мелькали книжные корешки, ценники и лица людей, бесконечно задававших вопросы.
Полина училась в девятом классе и по-настоящему гордилась тем, что сумела сама найти подработку. Дома эту идею приняли не сразу. Родители опасались, что работа начнёт мешать учёбе, и первый серьёзный разговор вышел тяжёлым. Мама даже расплакалась, повторяя, что дочь стала слишком самостоятельной, не слушается и будто совсем не ценит заботу семьи.
— Почему тебе просто не учиться нормально? — говорила она тогда, беспомощно разводя руками. — Мы с папой стараемся, у тебя всё есть. Чего тебе не хватает? Зачем тебе эта работа? Ты же ещё ребёнок!
— Мам, мне уже пятнадцать, — упрямо отвечала Полина. — Я не маленькая. И мне неприятно каждый раз просить у вас деньги на кино, на кофе с подругами или на какую-нибудь кофточку. В моём возрасте это уже стыдно. Я хочу сама зарабатывать хоть немного. Что в этом плохого? У многих девчонок из класса давно есть подработки.
— Да при чём тут твои девчонки! — не сдавалась мама. — Может, их родители не могут дать им то, что нужно, а мы можем. Лучше бы они уроками занимались, а не бегали после школы неизвестно куда!
Отец всё это время сидел за кухонным столом и, казалось, был занят газетой. Но в какой-то момент он отложил её в сторону и спокойно вмешался:
— Наталья, давай попробуем посмотреть иначе. Полине хочется иметь собственные деньги. Не потому, что она нас не уважает, и не потому, что мы ей чего-то недодаём. Просто ей нужна небольшая самостоятельность. Это нормальное желание. Я в её возрасте тоже подрабатывал на каникулах и был уверен, что уже взрослый. Работа дисциплинирует, помогает понять цену деньгам и чужому труду. Пусть попробует. Если оценки начнут падать — тогда запретим.
Мама ещё долго вздыхала, качала головой и уверяла, что ничем хорошим эта затея не закончится. Но в конце концов уступила. Так Полина и оказалась в маленьком книжном магазинчике недалеко от школы. Обычно она выходила три вечера в неделю, а иногда соглашалась поработать и в субботу, если кого-то требовалось заменить. Платили, конечно, скромно, но для девятиклассницы эти деньги казались почти богатством.
Именно этот день имел для неё особое значение. Уже несколько месяцев Полина откладывала на новый планшет — не просто для развлечений, а для учёбы и рисования. После каждой зарплаты она аккуратно прятала часть денег в конверт, а конверт держала в своей сумочке. Она считала дни, прикидывала суммы, проверяла, сколько ещё осталось накопить. И вот утром, пересчитав сбережения, поняла: нужная сумма наконец собрана. Даже оставался небольшой запас сверх того, что она планировала потратить.
Весь день Полина мысленно возвращалась к завтрашней субботе. Она уже представляла, как поедет в торговый центр, зайдёт в магазин электроники и купит тот самый планшет. Модель была давно выбрана в интернете, цены сравнены в нескольких местах, а цвет будущего чехла она тоже почти решила. От этих мыслей усталость становилась будто легче, и даже гудящие ноги казались не такими измученными.
— Полин, ты где летаешь? — вернул её к реальности голос старшего менеджера. Мужчине было около тридцати пяти, он стоял возле кассы и сверял чеки. — Давай не зависай. Перед закрытием ещё зал надо проверить. Я сегодня хочу уйти домой пораньше.
— Да, конечно, извините, — спохватилась Полина и сразу принялась за дело.
Она прошла вдоль стеллажей, поправляя книги, которые покупатели поставили не туда или бросили как попало. Несколько изданий, забытых на столиках для просмотра, девочка собрала и отвезла на специальную тележку. Потом проверила двери в подсобные помещения, убедилась, что окна закрыты плотно, а в зале ничего не осталось без присмотра. Но мысли всё равно упорно возвращались к планшету. Полина представляла, как будет рисовать в удобной программе, загрузит электронные учебники, чтобы не таскать в школу тяжёлые бумажные тома, а потом покажет покупку подругам. От этих фантазий внутри становилось тепло, радостно и чуть-чуть тревожно — настолько близкой казалась её мечта.
Когда касса была закрыта, а выручка передана Андрею, Полина направилась в подсобку за курткой и сумочкой. Помещение было тесным: вдоль стены стояли шкафчики для сотрудников, рядом громоздились старые коробки, а книжные стеллажи были забиты так плотно, что между ними почти не оставалось воздуха. Полина подошла к своему шкафчику и потянула за ручку. Дверца, как бывало уже не раз, заупрямилась и заела. Пришлось дёрнуть сильнее. Наконец она со скрипом поддалась.
В следующую секунду Полине показалось, что пол резко ушёл у неё из-под ног.
Там, где всегда лежала её сумочка, было пусто.
Сначала девочка просто застыла, не веря тому, что видит. Она машинально провела ладонью по полке, словно сумка могла стать невидимой или куда-то закатиться. Потом резко обернулась, заглянула за шкафчик, наклонилась под стол, стала торопливо осматривать каждый угол. Полина открывала соседние шкафчики, надеясь, что кто-то случайно переставил её вещи не туда. Она выдвигала ящики, рылась среди коробок, проверила пространство под старым диваном, который пылился в углу подсобки. Но сумочки нигде не было.
Холодная волна страха поднялась у неё изнутри и сжала грудь. В этой сумочке лежали не просто вещи. Там были все деньги, которые Полина месяцами копила на планшет, её телефон, автобусный проездной, ключи от квартиры и маленький кошелёк с карманными деньгами на всякий случай. Там же находился конверт с деньгами, приготовленными на завтрашнюю поездку в торговый центр. Всё, что было для неё важным, всё, что она заработала собственным трудом за эти месяцы, исчезло в одно мгновение.