— Ко мне? Но куда я вас размещу? — голос Марины заметно дрогнул, хотя она изо всех сил пыталась говорить ровно, будто это могло удержать её от паники. — У меня тут даже раскладушку поставить негде. Я сама еле помещаюсь…
На пороге стоял её брат Андрей. Одной рукой он крепко прижимал к себе семилетнего Егора. Мальчишка вцепился пальцами в отцовскую куртку так отчаянно, словно держался за единственное, что ещё могло его спасти. За плечом у Андрея висел старый, видавший виды рюкзак, из приоткрытого кармана которого выглядывал угол планшета.
Марина молча отступила, пропуская их внутрь, и тяжело выдохнула. Узкая прихожая и раньше казалась ей крохотной, а теперь воздух в ней будто совсем закончился.
— Извини, — устало произнёс Андрей, переступая порог. — Нам правда больше некуда идти…
Егор шмыгнул носом, неловко скинул кроссовки — один носок сполз почти до пятки, — и тут же юркнул в комнату. Через секунду он уже с размаху плюхнулся в мягкое кресло, словно хотел исчезнуть в нём целиком. Марина проводила мальчика взглядом, а потом посмотрела на брата.
Андрей выглядел измученным до предела: небритое лицо, серые круги под глазами, напряжённый взгляд, в котором усталость странно смешивалась с упрямством. Он поставил рюкзак у стены и застыл, будто ожидал, что сейчас ему вынесут приговор.
«Снова всё на меня перекладывает», — с раздражением подумала Марина. И почти сразу же другая мысль кольнула сильнее: «Но он же мой брат. А Егор вообще ни в чём не виноват».
Она махнула рукой в сторону кухни.
— Ладно, проходи. Я как раз чай собиралась заваривать.
Марина пошла впереди и старалась не думать о том, как теперь втиснуть в эту маленькую квартиру всё сразу: работу, собственные планы, привычный уклад и двух внезапных жильцов.
Через минуту на кухню заглянул Егор. Он тихонько сел на табурет, подтянул колени к себе и спросил почти шёпотом:
— Тётя Марина, а чипсы у тебя есть?
В его голосе было столько осторожности, будто он заранее готовился услышать отказ.
— Найдутся, — мягко улыбнулась она, открывая шкафчик. — Только сначала печенье. И какао.
Мальчик послушно кивнул, но разочарование всё равно мелькнуло в глазах. Марина заметила это и невольно усмехнулась про себя: «Ну конечно. В семь лет вселенная держится на чипсах и коротких видео».
Андрей сидел напротив, сжав кружку обеими ладонями, и молчал. Марина не стала сразу заваливать его вопросами. Вместо этого она поставила перед ним тарелку с бутербродами.
— Давай без трагедий хотя бы первые десять минут, хорошо? — наконец сказала она. — Поешь. А потом расскажешь, что случилось.
Он кивнул, откусил кусок и проглотил так механически, будто вообще не почувствовал вкуса.
Когда Егор убежал в комнату смотреть мультфильмы, Марина взглядом указала брату на балкон. Там было спокойнее, да и мальчик не смог бы услышать того, что ему пока слышать не стоило.
— Ну? — Марина сложила руки на груди. — Объясняй. Что у вас произошло?
Андрей провёл ладонью по лицу, словно пытался стереть с него усталость.
— Ольга уехала, — глухо сказал он. — Вчера вечером собрала чемодан и оставила записку. Написала, что больше так жить не может, что у неё новая работа в другом городе. А Егор пусть пока побудет со мной или с дедом. Деньги, мол, будет присылать.
— И это всё? — Марина смотрела на него, не веря услышанному. — Даже поговорить не попыталась? Просто взяла и уехала?
— Всё, — Андрей опустил взгляд. — А отец… ты сама знаешь, он сейчас в больнице. После инсульта. Ему точно не до внуков.
— А ты? — Марина нахмурилась. — Почему она его с собой не забрала? Я не понимаю. Она ведь мать.
— А… — Андрей запнулся, будто эти слова давались ему тяжелее всего.