Заключалась она в том, что у Дмитрия была почти феноменальная забывчивость на всё, что касалось семейных дат. Он мог без запинки перечислить пункты рабочих договоров, держал в голове комплектации автомобилей и цифры из смет, но дни рождения близких, годовщины и прочие важные для родни события будто проваливались для него в пустоту. Исключением оставались разве что его собственный праздник и день рождения Екатерины: даты совпадали по числу, поэтому тут он ещё как-то ориентировался.
Напоминания в телефоне Дмитрий принципиально не ставил. Говорил, что это «писк для тех, кто сам думать разучился», и раздражённо закрывал любые попытки Екатерины настроить ему календарь. Постепенно, почти незаметно для себя, она превратилась в его домашнего администратора: заранее выбирала подарки для его приятелей, напоминала о визитах, держала в памяти звонки, встречи, семейные поводы — всё то, что он спокойно выбрасывал из головы.
К юбилею Натальи Сергеевны начали готовиться не в последний момент. За три дня до праздника Дмитрия срочно отправили в командировку, но он обещал вернуться как раз накануне торжества. Провожая мужа, Екатерина несколько раз, ясно и без шуток, повторила: в пятницу Наталье Сергеевне исполняется шестьдесят пять; она всегда ждёт его звонка ровно в семь утра; забывать нельзя. Дмитрий привычно махнул рукой, бросив своё рассеянное: «Да помню я, помню». В четверг вечером Екатерина на всякий случай отправила ему голосовое сообщение с тем же напоминанием. Две синие галочки показали, что он его прослушал.
В пятницу на работе её закрутило так, что о свекрови она вспомнила только после обеда. Екатерина была уверена: сын, конечно, уже поздравил мать, а ей осталось лишь позвонить и присоединиться к пожеланиям. Но голос Натальи Сергеевны прозвучал сухо, резко, почти звеняще — словно треснувшее стекло. Она ждала звонка от единственного сына с самого утра, а на часах было уже три пополудни.
Екатерина сразу всё поняла: Дмитрий снова упустил дату. У неё неприятно похолодело внутри, но она тут же начала спасать ситуацию, на ходу придумывая объяснения про аварию на объекте, разряженный телефон и срочные переговоры, из которых муж якобы не мог вырваться. Наталья Сергеевна недоверчиво хмыкнула, однако, кажется, немного оттаяла.
Дмитрий ответил только с пятого звонка. На заднем плане звучала музыка, кто-то из коллег оживлённо обсуждал обед. Услышав вопрос жены, он искренне охнул, будто его ударили по лбу: мол, совсем вылетело. Потом поспешно заверил, что сейчас всё исправит. Оставалось только уточнить подарок: по их договорённости Дмитрий должен был по пути домой купить Наталье Сергеевне украшение.